Еще пара недель, и сосны вспыхнут бесчисленными ярко-зелеными свечами молодых побегов. Жизнь, которую можно запить березовым соком; чего еще надо человеку для полного счастья? Совсем недавно Марк думал по-другому: счастье – это покой и деньги. А когда ни того ни другого у него не стало, поменял свои взгляды. Он приобретал нечто другое, состояние, вкус которого давно забыл и не чаял когда-нибудь снова обрести его.
Сергей отпустил усы. Привыкая к ним, он часто приглаживал их пальцами. На висках прибавилось седины. Прежним остался лишь его мрачновато-жесткий взгляд и усталый блеск глаз.
Еще он думал о том, как же тяжело ему будет первое время.
Боец, словно приставленный реагировать на каждый жест подопечного, протянул пачку сигарет. Сергей прикурил и разогнал дым рукой.
Какое-то время машина неслась по пустынной местности, затем снова за окнами встала стена густого леса. Один поворот, другой, прямая дорога, снова повороты, и так около часа. Наконец «Бонесчи» замедлил ход, остановился, сдал назад. Приехали.
За открывшейся задней дверцей показался высокий забор с «егозой» и карнизом из колючей проволоки, металлические ворота, каменное строение контрольно-пропускного пункта."
"Марк вышел, прихватив баул, прищурился на утреннее солнце, глянул заслезившимися глазами на солдата в камуфлированных брюках и бушлате цвета хаки, прохаживающегося по ту сторону ворот.
Из КПП появился, по-видимому, офицер – в камуфляже без знаков различия, лет двадцати трех – четырех. Приняв от старшего наряда бумаги, ознакомился с ними.
Его явный интерес к вновь прибывшему проявился своеобразно: лейтенант избегал глядеть на Марковцева, и все свое внимание он сосредоточил на спецназовцах: приглашал на КПП попить чаю, угощал дешевыми сигаретами.
После всех неудачных попыток он поманил Марковцева за собой. Спецы прошли следом. Когда Сергей оказался по ту сторону пугающего своей величиной турникета со стопором изнутри комнаты, оглянулся. Парень, проявлявший к нему внимание во время пути, махнул рукой: «Удачи».
Лейтенант не называл Сергея ни на «ты», ни на «вы», просто говорил: тут у нас столовая, тут баня, а вон там – футбольное поле. Оказалось, прошлой зимой обитатели закрытой зоны гоняли мячик, а в эту зиму – играли в водное поло. Офицер заглянул в глаза Марка: дошла ли до него шутка. Вроде бы дошла. А может, нет. Просто болит зуб у человека, вот он и скривился.
Пока Сергей мылся в бане, лейтенант принес одежду – совершенно новый комплект, и большое банное полотенце.
