И все звуки механические, ни одного человеческого голоса; даже дыхание бойцов не выбивалось из общего, словно безжизненного фона.
Отозвались коротким попискиванием радиостанции, и прозвучала команда командира:
– Рации на прием.
После этого бойцы скрыли лица – кто под противогазами, а кто под масками. И вот странность: Андриасов, если бы его попросили описать внешность хотя бы одного из русских спецназовцев, не справился бы с этой задачей. Маски словно стерли из его памяти облик этих людей, Даже Елены; короткие волосы, трусики и темно-зеленая майка – вот и все, что мог сказать о ней директор частной авиационной компании.
46
Начальник таможенного контроля смотрел из окна на летное поле. «Куда едет этот кретин?» – хотел он задать вопрос дежурному смены. Но тот вышел и находился, скорее всего, у своего товарища из «Север-Платинума».
Офис частной авиакомпании находился на втором этаже основного корпуса, лучшие кабинеты принадлежали этой фирме, лучший обзор из окон – тоже у них. Штат небольшой, считай, каждый сотрудник имеет отдельный кабинет.
А про роскошные хоромы директора и говорить нечего. Овальной формы, с отделкой под дуб и высокими окнами прямо за рабочим столом шефа. На стенах всевозможные миниатюры и копии с картин старинных мастеров, а не так давно они были увешаны военными картами Грузии и ближайшего соседа – России, чьи войска продолжали дислоцироваться на территории суверенного государства: отдельный мотострелковый батальон и вертолетная эскадрилья в Гудауте и Ахалкалаке, штаб Группы российских войск в Закавказье и отдельный батальон охраны и обеспечения в Тбилиси…
Таможенник продолжал наблюдать за автокаром с прицепом, тот уже почти вплотную подъехал к зданию и, словно был самолетом, сделал разворот перед центральным входом.
Интересно, что у него в кузове под брезентом. А под ним скрывалась диверсионная группа Марковцева. Брезент полетел в сторону, и десять вооруженных спецназовцев ворвались в здание через двойные двери.
И снова эхо. Сегодня оно было постоянным спутником диверсантов.
В центре бокового зала с низким потолком и серыми стенами голос командира звучал неестественно громко.
– На КДП, – бросал короткие команды Марковцев, не успевая провожать бойцов глазами. А до того ленивую тишину здания нарушили автоматные очереди: не успев воспользоваться оружием, четыре охранника ткнулись лицом в пол.
Перепрыгивая через трупы грузинских военных, на командно-диспетчерский пункт устремился Дубровский.
