Тебе, кстати, не надо своих к походу готовить?
— Без меня обойдутся. Там такие «готовщики»: Агилмунд, Трогус… Я им в подметки не гожусь. Хотя ты прав, есть у меня одно дельце…
Тут наконец появился Красный. От него густо воняло потом. Собственным и лошадиным.
— Сердце мое, ты где гулял? — поинтересовался Коршунов.
— Я не гулял! — ответил гепид. — Я к нашим сбегал. Как увидел, что творится, сразу взял лошадку — и к Агилмунду. С нашими же и приехал.
Ага. Теперь понятно, почему братва подоспела так быстро.
Красный опередил Агимара как раз на эти сорок минут.
— Молодец! — одобрил Коршунов. — Сегодня нас ждут великие дела. А сейчас пойдемте-ка позавтракаем.
Глава девятая
Лучшая легкая конница империи. Продуманная смена руководства
Префект нумидийцев был африканцем. Но — латино-африканцем. То есть белым его назвать Коршунов бы не рискнул, а от негроидной расы он унаследовал только исключительно густые и курчавые волосы. На груди. Их было так много, что на макушку уже не осталось.
В Риме щеголи выщипывают волосы на теле. Военным это не обязательно. Повезло префекту.
— Он спит, — сказал официальный командир нумидийцев. — И будить его я бы не советовал.
Надо отметить, что на боевого командира префект походил еще меньше, чем на негра. Лет сорока, довольно хлипкий… Зато в одежке с красной полосой. Из сословия всадников…
— И не советуй, — посоветовал Алексей. — Свободен!
— В каком смысле? — осторожно поинтересовался префект.
— В полном! — пояснил Коршунов.
— Забирай свои вещи и убирайся!"
"— Но, легат Алексий… — Одутловатое лицо префекта выразило смесь обиды и негодования. — Я не…
— Ты именно не! — отрезал Коршунов. — Принцип! Сопроводи господина бывшего префекта к дому и проследи, чтобы он нечаянно не прихватил с собой лишнее!
Второй принцип-кентурион (из людей Скулди) опустил лапу на смуглое плечико латино-африканца и легким толчком направил его в сторону командирской палатки, стоявшей вне пределов нумидийского лагеря. Да уж, одного этого факта было бы достаточно, чтоб снять латиноафриканца с должности.
Хорош командир, который старается держаться в стороне от вверенного ему подразделения.
— Давай, давай, парень! Легат приказал, ты сделал! Шевели задницей!
Латиноафриканец трепыхнулся, хрюкнул что-то протестующее, но кентурион двинулся вперед и поволок за собой жертву, аки лев — антилопу.
Отныне о префекте можно было забыть. Но это было самое простое в задуманном Коршуновым.
