— Как хорошо, что ты цел, — шепнула Алексею его жена Анастасия, когда они, после шумного пира, наконец-то оказались в постели…
* * *— От него необходимо избавиться! — сказал один из советников матери императора другому три недели спустя, прочитав жалобу сенатора Септимия Одената, пришедшую практически одновременно с известием о разгроме персов у Европос.
— У него немало сторонников в Сенате, — напомнил его собеседник. — А теперь, когда он разбил персов, появятся и другие…
— Разбил персов? — гладкое жирное лицо советника выразило удивление.
— Каких персов? Когда?
Его собеседник понимающе улыбнулся. Ну да, Сирия — далеко. Какое дело римлянам до мелких сирийских неурядиц? Да никакого! Лишь бы хлеб раздавали да о праздниках не забывали.
— Есть у меня одна идея, — сказал он и потер розовой ладошкой такую же розовую гладкую щеку. — Пока сенаторы будут спорить, император уже вынесет свой вердикт.
— Наш вердикт, — уточнил первый. — У моего двоюродного племянника Тита Эмилия возникли некоторые проблемы с кредиторами, и ему придется на какое-то время покинуть Рим.
А ведь он когда-то целый год отслужил трибуном-латиклавием в Пятнадцатом Апполинарис. Я уже поговорил с нашей Августой, и она согласилась, что было бы расточительно не использовать военный опыт такого толкового, а главное — преданного человека. Я полагал поручить ему один из тех легионов, что стоят сейчас в Верхней Мезии, но сейчас думаю: почему бы не назначить его легатом Девятого Клавдиева?
— Девятого Клавдиева? — Советник прищурился, вспоминая… — Это не тот ли легион, где был когда-то легатом нынешний наместник Сирии?
— Он самый, — кивнул его собеседник.
— Наместник самовольно забрал его с собой. Пора вернуть легион туда, где он — нужнее. В Мезию.
— Хорошее предложение! — поддержал советник советника. — Император его непременно одобрит…
Глава четырнадцатая
Лагерь Первого Германского легиона. Катафрактарии
Коршунов был доволен. Он получил, что хотел.
А именно — всех уцелевших строевых лошадей персидской конницы. Тысячу восемьсот голов. И примерно столько же комплектов латного вооружения. Правда, над половиной доспехов придется как следует поработать кузнецам, выправляя дефекты и подгоняя железо под рослых германцев, но это вопрос технический. Еще Коршунов забрал себе четверых инструкторов-персов, бывших офицеров, которым предстояло обучать варваров искусству конного строя.
