Отступив на шаг, она отстранилась от его рук и прошла мимо. Ее сердце пропустило следующий удар, и это было больше похоже на печаль, чем на давление со стороны Джекса, но она заставила себя продолжать идти и не оборачиваться.
Подойдя к дверям храма и постучав, Телла почувствовала, что темный воздух здесь сладкий, как нектар, и почти сонный.
Она услышала за спиной шаги Данте, но не повернулась к нему.
– Почему бы тебе просто не оставить меня в покое?
– Ну, я бы мог, но не хочу, и, подозреваю, что и ты тоже не хочешь.
Прежде чем она успела попросить его снова уйти, жемчужная дверь распахнулась перед ними.
Внутреннее убранство было выполнено в бледных, как крылья белых голубей, оттенках, с вкраплением золота упавших звезд. Но, в отличие от Церкви Легендо, эта выглядела как настоящий храм. А молодой человек, открывший дверь, почти в точности напоминал одну из богоподобных статуй звезд на ступеньках.
Глава 32
Телла почти ожидала увидеть Каспара, Найджела или другого исполнителя Легендо, но этот молодой человек был ей незнаком.
Что служило очередным подтверждением того, насколько реальной стала игра. С другой стороны, Телла могла просто избрать неправильный путь. Она верила, что для победы в Каравале всего-то и нужно сделать, что найти Колоду Судьбы своей матери, но вера не делала этот факт правдой.
Стоило ей войти в Храм Звезд, как ее охватило сомнение.
Молодой человек, открывший дверь, действительно мог быть ожившей скульптурой. Его руки и ноги, а также части тела, не скрытые кожаной туникой, больше походили на камень, чем на мышцы.
Хоть он и не мог похвастаться столь высоким ростом, как у статуй на ведущих к святилищу ступенях, все же был выше Данте, так что Телле пришлось запрокинуть голову, чтобы разглядеть его лицо.
Увидев его щеку, она с трудом подавила восклицание.
Правая половина его лица была почти безупречна, от квадратной челюсти до орлиного носа и темной тени вокруг приподнятых глаз. Левая же оказалась обезображенной выжженным на щеке клеймом: жестокая восьмиконечная звезда с символом в центре, образованном замысловатой вязью, которую Телла не узнала.
Она попыталась отвести глаза, но была уверена, что он перехватил ее пристальный взгляд и, словно в насмешку, провел кончиком пальца по безжалостным линиям звезды.
Хоть лицо его и было заклеймено, лоб венчал серебряный обруч, а с правого плеча свисал плащ насыщенного синего цвета, скрепленный под подбородком серебряной булавкой.
