— Мне жаль, что я… когда я трансформировался, я…
Хейн поднял руку, чтобы остановить его.
— Ферстульф сама захочет с тобой поговорить, — сказал он, и по спине Андерса пробежал холодок. Сколько у него было неприятностей? Они вообще хотели, чтобы он был здесь студентом? Дама Линдаль, похоже, тоже так думала, но она управляла только кладовкой. Но потом Хейн оглянулся и слегка смягчился. — Это был необычный день, — сказал он. — Она послушает.
— Драконы… — рискнул спросить Андерс, сам не зная, о чем спрашивает. Возможно, гадая, что скажет Хейн.
— Если понадобится, мы их проводим, — ответил Хейн. — Мы знали, что в городе есть шпионы драконов, и теперь доказали свою правоту. Люди начинают забывать, насколько они опасны. Люди забывают цену, которую мы заплатили, чтобы защитить их.
У Андерса по коже побежали мурашки, когда он услышал, как Хейн произнес это слово: люди. Как будто волки — как будто Андерс — это что-то другое. Он смотрел на широкую спину мужчины, когда тот шел по коридору, задаваясь вопросом, все ли волки чувствуют себя так отдельно от всех остальных, или что-то научило Хейна чувствовать себя так.
— Не бойся, — говорил Хейн. — Я не хочу тебя обидеть. Мы встречались с ними раньше и встретимся снова.
Андерса знобило, когда они шли к кабинету Ферстульф, и это не имело никакого отношения к каменным стенам вокруг него.
Хейн повел его из школьных коридоров в казармы для взрослых, хотя Андерс не заметил бы разницы, если бы случайный ученик в белой униформе не уступил место более старшим, мрачным взрослым в сером.
Серые каменные коридоры с лампами и толстыми деревянными балками над головой остались прежними.
Наконец, они добрались до другой двери, такой же, как и все остальные, только на противоположной стене висел гобелен. Заняв двенадцать футов в длину, он изображал последнюю великую битву с драконами, ярко освещенную пламенем факелов. Армия волков выстроилась в нижней части сцены, оттесняя драконов от Холбарда своими ледяными копьями.
Хейн постучал в дверь напротив гобелена, затем открыл ее и заглянул внутрь.
Потом тихо обменялся несколькими словами с тем, кто был внутри, и отступил.
— Удачи, — тихо сказал он Андерсу, хлопнув его по плечу с такой силой, что у парнишки чуть ноги не подкосились. Затем он наклонил голову, показывая Андерсу, что тот должен войти внутрь — волчье движение — и зашагал по коридору.
На какое-то мгновение Андерс подумал, а не может ли он просто проскользнуть за гигантский гобелен и спрятаться.
