Охваченный паникой, Андерс почувствовал, что его собственные перемены приближаются, картины и запахи мира становятся острее и ярче по мере того, как его голова проясняется, а тело готовится к трансформации, цвета тускнеют до более тусклого, который он видел в прошлый раз. Он пытался сохранять спокойствие, пытался оттолкнуть его и остаться человеком, но боль ревела через его поврежденные ребра и вниз по рукам и ногам, когда его кости изменялись, и он снова сорвал с себя одежду.
Когда он рванулся вперед, хотя понятия не имел, что собирается делать, самый крупный из волков завыл, и Андерс понял, что понял этот звук.
Это была тревога, предупреждение, и, как и остальные члены стаи, он откинул голову назад, чтобы осмотреть небо.
Второй дракон парил над крышами Холбарда, по меньшей мере, вдвое больше Рейны, алый, золотой и бронзовый, как и она сама, сверкая в лучах заходящего солнца. Он взревел, и в ответ Рейна взмыла в небо, горячий нисходящий поток от ее крыльев сбил Андерса и других волков с ног.
Волны жара, исходящие от нее, ослепительная мозаика ароматов, затуманивающих его ноздри — затхлый запах лошадей, сырость булыжников, сладкий намек на то, что кто-то печется поблизости — все это вместе взятое заставило Андерса закружиться.
Когда он поднялся на ноги, ему ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать, как она поднимается вверх, пробираясь под карнизами зданий, чтобы другие волки не заметили. Как Рейна могла это сделать? Как она могла лететь прямо к врагу?
Рейна взмахнула крыльями, неуклонно набирая высоту, затем распахнула их, чтобы взлететь… и он понял, что она летит не к другому дракону, а убегает от него.
Когда волки вприпрыжку побежали по улице, стараясь держаться как можно ближе к Рейне, мимо Андерса пронесся человек. Все остальные прятались в домах и магазинах, но этот человек выбежал на середину улицы, глядя, как большой дракон преследует Рейну. Он был одет в простое синее пальто и плоскую кепку, скрывавшую большую часть его лица, и если бы не тот факт, что он выбежал на середину улицы, в то время как все остальные разбежались, Андерс никогда бы его не заметил.
К нему выбежала женщина, одетая так же, как и он, в простой сюртук и брюки, из-под которых выглядывали крепкие сапоги. Они оба выглядели совершенно обычными, хотя их поведение было совсем не таким.
Они обменялись парой слов, а затем она пробежала мимо него, пока не оказалась в добрых пятидесяти футах.
