— В моде, — сказал он загадочно.
Я нахмурилась.
— Я видела тебя. Ты коснулся Малефициума и разделился пополам.
Он прищёлкнул языком.
— Я не делился пополам, Балерина. Я соединился. Меня зовут Доминик.
Он был одним из трёх Тёмных, которых идентифицировал библиотекарь —
Уриэль, Азраэль и Доминик.
— Ты разрушил Карфаген?
Он от души рассмеялся.
— Я не делал этого. Это не было моей конкретной работой. Он принадлежал моим братьям по оружию. Но, по крайней мере, ты лучше ценишь то, что мы сделали.
— Разрушение или месть?
— Только заслуженное, — сказал он, явно не имея сомнения о назначении самого человека, чтобы решить, что кто-то сделал или не заслужил.
— Мир — жестокое место, — сказал он. — Часто несправедливое.
Доминик подошёл к окну, посмотрел на улицу и снова на меня.
— Я вернусь через момент, — сказал он. — Не двигайся.
Он вышел из комнаты. На мгновение я понадеялась, что он, возможно, увидел кого-то снаружи… спасателя с намерениями спасти меня. Но мир оставался тихим.
Я вздрогнула от усталости, край моей руки задел сторону солнечного света.
Боль пронзила меня, и я притянула колени к груди и обвила руки вокруг них. Если все станет ещё хуже, я смогу встать, сжимаясь в крошечной полоске пространства. Но тогда я выйду из комнаты даже без моего пиджака, который мог защитить меня.
То, что он забрал мой пиджак только, чтобы обнажить мои руки и подвергнуть их большему солнечному воздействию, было очень отвратительно. Я подумала, что я должна быть благодарна, что он не раздел меня догола и не оставил полностью уязвимой, но не то чтобы моя одежда сильно поможет, когда полоска тени закончиться.
И она быстро исчезала.
«Пожалуйста, кто-нибудь, найдите меня», — подумала я.
«Мерит?»
Моё имя было эхом в моей голове. Я подумала, что это паническая реакция.
«Этан?»
«Это Морган. Я с Этаном. Он здесь. Он попросил меня поговорить с тобой. Ты знаешь, где ты находишься?»
Я закрыла глаза с облегчением. Я почти забыла о своей связи с Морганом
Гриером. Слава Богу, кто-то вспомнил.
"
"Я оглядела комнату, изображение размыто, моя голова плывёт от истощения.
«Я не знаю. Я нахожусь в комнате; тут много солнечного света. Я пытаюсь оставаться в тени. Но её не так много осталось».
«Можешь ли ты что-нибудь видела? Что-то знакомое?»
Я закрыла свои глаза, зажмурив их, чтобы очистить моё видение, и затем открыла их снова. Я прищурилась от солнечного света и поймала взглядом красный цвет за окном. Моя сетчатка злобно горела.
