— Э, ушастая! Это мой носок! Вот я тебе сейчас… А ну, назад! Стой, кому говорю! Ишь, чертяка!
Свернув на очередном повороте, Лера так и замерла на месте. А в следующий миг выдохнула:
— Дядя Миша?!
— Лерка?! — Батон даже забыл про крысу, которая вместе с носком спряталась в ногах у девушки.
— Но вы же отказались плыть? — Лера все еще не верила своим глазам."
"— Передумал, — лениво бросил охотник. — А вот ты чего здесь делаешь?
— Борис Игнатьевич за шваброй послал, — Лера пожала плечами. — Убираться заставили.
— От охотника на мутантов до уборщицы за сутки! Шустро двигаешься по карьерной лестнице, — дядя Миша отсалютовал початой бутылкой сивухи и сделал большой глоток.
— Опять пьете? — нахмурилась Лера.
— Не грузи, — рыкнул Батон, но по всему было видно — он искренне обрадовался девушке.
Охотник расположился с комфортом. Подойдя ближе, Лера с любопытством оглядела убежище своего наставника. Среди огромных ящиков была втиснута небольшая брезентовая палатка, над входом в которую тускло светил фонарь «летучая мышь».
Из-под края полога торчал вытянутый сверток, и девушка сразу узнала зачехленный приклад СВД. Набитый всевозможными ловушками и манками рюкзак тоже был здесь. Застигнутый любопытной крысой, Батон с невозмутимостью домохозяйки развешивал дырявые носки на веревке, протянутой между ящиками в двух метрах над полом.
— Вы для этого всем про свою вылазку говорили, чтобы незаметно исчезнуть? — догадалась Лера, внутренне ликуя от того, что встретила родное лицо.
— Ясен пень, — дядя Миша снова принялся за носки. — А тебя-то Ерофеич как отпустил?
— Я ему записку написала, что с вами ушла.
— Вот это я понимаю, срослось! — раскатисто захохотал Батон. — Сбежавшая невеста, блин! Гляжу, подругу себе уже нашла. Носок верни, Чучундра! И учти, будешь бузить — вздрючу! Я на твое семейство столько живности переловил — у буренки шерсти на заднице меньше!
— Чучундра — это разновидность? Вы знаете, что это за зверек? — отобрав у разочарованно пискнувшей товарки добычу, Лера вернула носок дяде Мише.
— Белая крыса, да?
— Крыса?! — фыркнул тот. — Мышь это, самая обыкновенная. Только отожравшаяся. А Чучундра — просто кликуха, и все.
— Никогда не видела мышей.
— Надо же когда-то начинать, — подметил Батон и приложился к бутылке.
— Откуда она здесь?
Охотник пожал плечами:
— Шут его знает. В старину на атомных подлодках всегда белых мышей держали. Чья-нибудь пра-пра-правнучка, наверное.
