— Это тебе не прогулочный катер, а военный корабль, — продолжал сурово выговаривать капитан. — Ну, чего молчишь?
— Не знаю, — Лера опустила голову и почувствовала, как по щекам мягким шелком скользнули волосы. «Сейчас лицо наверняка такого же цвета, как они», — отчего-то подумалось девушке."
"— А кто знает? Я? — устало спросил Лобачев. — Ладно, шут с тобой. Разворачиваться, ясное дело, нельзя, время потеряем. Володя, поколдуй со связью, может, удастся в убежище передать, чтобы Ерофеев не волновался. Боря, а ты не обессудь, — капитан посмотрел на сидящего тут же кока.
— Раз уж такое дело, бери в помощники. Пристроить ее больше некуда, а на камбузе девчонке всяко спокойнее будет.
— И чем мне ее занять? — развел руками Борис Игнатьевич.
— Я готовить умею! — выпалила обрадовавшаяся Лера.
— Это тебе не приманки из объедков для чудищ варганить, — авторитетно заявил Треска. — Тут, подруга, высокая кулинария! Искусство!
— Котлеты поджарить? — огрызнулась Лера.
— Ага, а сама трескаешь за обе щеки, — обиделся Паштет.
— Ша, Федя! К плите я ее всяко не пущу, — Борис Игнатьевич оглядел собравшихся в кают-компании и, не увидев поддержки на прятавших улыбки лицах коллег, махнул рукой. — Ладно, шагай за мной.
Пока Леру распекали в кают-компании, крыса дежурила снаружи у двери. Когда ботинки кока и девушки, которую отпустила расторопная парочка, вновь застучали по коридору, она тут же увязалась следом.
— Это еще что?! — нахмурился Борис Игнатьевич.
— Антисанитария, чуваки! — испуганно ахнул Паштет.
— Она моя, — сразу соврала Лера, обрадовавшись, что забавный зверек вернулся.
— Из убежища.
— Ручная, что ли? — Треска подозрительно оглядел семенящего рядом зверька. — Что-то я там таких больших не видал.
— Ага. Она просто много ест, — беззаботно пропела девушка.
Борис Игнатьевич пробурчал что-то невразумительное — Лере удалось разобрать только про «лишний рот».
— Классная кухня, — желая смягчить кока, сказала девушка, когда они вернулись в плавучее царство поварешек и кастрюль.
— Не кухня, а камбуз, — возмущенно поправил Борис Игнатьевич.
— Будто не с моряками всю жизнь прожила! Кухня! Еще гальюн «туалетом» назови… Значит, так. Готовить у меня уже есть кому, посуду лучше тоже не трогай… брысь! Там не доварилось еще. А вот по части уборки народу не хватает.
— Ну вот, — разочарованно застонала Лера, увидев довольные ухмылки Паштета и Трески.
— Цыц! На флоте до любого чина дослужиться надо, а ты, стало быть, с юнги начинаешь. Так что — есть к чему стремиться.
