Ночь была тихая, звездная, и я почему-то сразу вспомнил наш с тобой медовый месяц на лыжном курорте в Альпах, помнишь? Словно я в тот момент был не на лодке посреди океана, а рядом с тобой, в те короткие, благословленные небесами несколько дней. Тогда ты со дня на день ждала Тиля, и твои глаза светились такой глубокой, понятной только будущей матери радостью и надеждой, что, просыпаясь каждое утро, я никак не мог поверить своему счастью. Я целовал твои подрагивающие в утренней истоме сомкнутые веки, любовался твоей сонной улыбкой… Я очень по ней скучаю.
Так вот, пока я мысленно собирался с духом, стараясь успокоить напряженные до предела нервы и ломая голову над тем, что же может быть на этой пленке, которую рейхсминистр вручал лично мне в руки, как ответственному за идеологию на нашем корабле, из рубки на палубу выскочил перепуганный Штрек. Он прокричал на ходу, что до полуночи осталось всего три минуты! Представляешь, занятый своими думами и сигаретой, я совсем забыл о беспощадном беге времени!
В этот вечер механик в очередной раз показывал команде „Пароходик Вилли“, который длился почти восемь минут и который фюрер, несмотря на свою ненависть к американскому кино, навлеченную этим шутом Чаплином и его пошлым „Великим диктатором“, благосклонно разрешил к просмотру.
Именно поэтому мне удалось незаметно улизнуть на палубу, так как я видел этот фильм уже сотню раз.
Великие силы, будь проклят звук! Но, честно скажу тебе, наблюдая за рисованными злоключениями лопоухого мышонка Микки на палубе корабля, я каждый раз искренне хохотал до слез, хотя за время экспедиции успел выучить эту картину наизусть.
Уолтер Дисней завораживает своим искусством рисованного кинематографа! Особенно запомнились некоторые цитируемые сценки из фильмов Бастера Китона, на которые мы ходили с тобой незадолго до свадьбы.
Когда „Пароходик“ закончился, в кают-компании на несколько минут включили свет, давая механику возможность заменить пленку. Развеселившаяся команда загалдела, кто-то закурил, другие принялись горланить шуточные скабрезные (а чего еще ждать от соскучившихся по суше моряков?) песенки.
В общем, атмосфера стояла, как на воскресном базаре, — и, видит бог, после всех трудов мы заслужили небольшой праздник! Жить несколько недель на судне, до отказа набитом биологическими материалами и учеными зазнайками из Аненербе, которые везут с собой более двухсот человеческих единиц для опытов, совсем непросто.
