Наверное, в другом настроении я бы не удержалась и ввязалась в бессмысленную перепалку. Но когда в душе борются мандраж перед запланированной авантюрой и ужас от собственного поведения, как-то не до глупых бесед."
"После безобразия, в которое я позволила себя втянуть на глазах у слуг, приличной леди следовало отравиться. Или хотя бы уйти в храмовницы. Поскольку ни один из этих вариантов меня не привлекал, пришлось признать, что я не настолько леди, как всегда считала. А ещё констатировать, что если в ближайшую пару дней я не превращу высокородного хама в благородного принца, то он превратит в дикарку меня!
На территорию дворца въехали уже затемно и с тыльной, не парадной стороны.
И хорошо, потому что Джервальт вдруг решил собственноручно доставить мой багаж – подхватил чемодан и пошагал, размахивая им, словно пустой корзинкой. Пришлось бежать следом и тратить силы на морок – не хватало ещё сплетен про принца-носильщика!
В итоге до своих покоев я добралась запыхавшаяся и злая. Сердито отказалась «перекинуться в картишки» и, сославшись на неимоверную усталость, захлопнула дверь перед носом его высочества.
Нянюшка превзошла себя!
Кроме заказанных мною сборника поисковых чар, энциклопедии изящных манер и путеводителя по столице (в нём была неплохая, хоть и не слишком подробная карта города) она упаковала три коробки шоколада и флакон успокоительных капель. Ещё и записку прикрепила: «Береги нервы, девочка моя!»
Я так растрогалась, что чуть не разревелась. Так что капельки пришлись как нельзя кстати.
Приняв сразу двойную дозу, я принялась разбирать оставшиеся в чемодане вещи – этой ночью все они должны были пойти в дело.
Двумя часами позже – незадолго до полуночи – из апартаментов почётного личного секретаря выскользнуло нечто странное и крайне подозрительное. Чёрное, мелкое, ловкое и опасливо жмущееся к стене.
Насчёт ловкости я себе, конечно, польстила. Насчёт мелкости тоже. А вот чернота была абсолютной: плащ с глубоким, низко надвинутым капюшоном, перчатки, полусапожки на мягкой подошве, чулки, бриджи, позаимствованные из забытых десятилетним кузеном вещей, его же тонкий свитер с высоким горлом – чёрным было всё, даже бельё.
Кроме камня-накопителя из радужного листонита, который я подвесила на длинную цепочку и спрятала под одеждой.
Морок – штука хорошая, только вот энергозатратная. Разумеется, я собиралась его применить, но только при крайней необходимости. Силы следовало поберечь для другого – мне предстояло взломать охранный контур почты.
