Наконец, вернулась Элка, и я с грустью отметил, что в одиночестве она курит гораздо быстрее, чем в обществе Дэна.
– С Мальцевым по-прежнему нет связи, – раздражённо сказала Беда, усаживаясь рядом.
– У нас с кучей народа нет связи, – ответил я. – Кстати, ты не пробовала набирать Викторину?
– Нет! Я её телефона не знаю.
– Как-то так получилось, что и я не знаю. И чего ты такая злая вернулась? Дэн не вышел с тобой покурить?!
Она стрельнула в меня глазами поверх очков и, сделав вид, что не заметила «шпильки», продолжила:
– Первый раз в жизни чувствую себя в экстремальной ситуации полной дурой! Нужно гнать, гнать, гнать этот автобус, не останавливаясь! Нет возможности раскопать информацию, пойти по следу, нарыть дополнительные сведения, найти и расспросить нужных свидетелей.
Нет времени даже просто подумать!
– А ты записывай, – усмехнулся я её сыщицкому рвению, которому она никак не могла найти применение в сложившихся обстоятельствах.
– А я и записываю! – рявкнула Элка.
– Только толку-то! Детектива не выйдет, только триллер, а это не мой жанр!
– И чего ты распсиховалась? – опять удивился я.
– Вот! – сунула она мне под нос свою сумку, распахнув её.
Не успел я сконцентрировать взгляд, как Элка, воровато оглянувшись, спрятала сумку под сиденье.
– Что там?
Беда попыталась настроить громкую музыку, но приёмник хрипел, не находя волну.
– Пусть хрипит, – тихо сказала Элка. – Чтобы в салоне нас не слышали.
– Да что случилось-то?
– Вот! – Она опять показала раскрытую сумку.
Я ничего не увидел, кроме знакомой тетрадки, косметики и щётки для волос.
Тогда она вытащила мобильник и потрясла им у меня перед носом.
– Это мобильник!
– Вот невидаль-то!
– Балда! Это мобильник из партии тех, которые у нас украли!
Я выхватил у неё телефон и поднёс к глазам. Это был он, – подарок, приз, вернее, один из них, и без коробки. Простенькая «Моторола» с гравировкой, которую я сам заказал для детдомовских сирот у гравёра: «Мир прекрасен.
Он ждёт тебя!»
– Откуда у тебя это? – охрипшим голосом спросил я.
Элка ручкой громкости прибавила свиста и хрипа в приёмнике.
– Не люблю неприбранные постели. Когда шла из туалета, сначала свернула матрас Ганса на верхней полке, потом матрас Викторины. У неё под матрасом, на полке, лежал телефон!!
Я присвистнул.
– И что это значит?
– Ничего хорошего. Телефоны украл кто-то из наших, и один подсунул Лаптевой, чтобы подставить её.
