Этот дикарь не нашёл ничего лучшего, чем заботливо поинтересоваться, даже не потрудившись понизить голос:
– Удобно? Может, подушек принести?
Спокойствие! Полное спокойствие! Дышим медленно, смотрим прямо, помним, что багровых щёк никому не видно и… И надо бы не забыть сварить себе парочку успокоительных зелий.
– Благодарю вас за заботу, ваше высочество, ничего не нужно. – Голос на удивление не дрогнул, и я позволила себе робкую надежду, что всё пройдёт хорошо.
Но…
Совещание действительно проходило ровно.
Большинство обсуждаемых вопросов не требовало моего участия. Чем больше я слушала, тем больше недоумевала, для чего меня вообще позвали. Разве что для галочки – мол, маги тоже присутствовали и ничьи права не были ущемлены?
Только это оказалось временное затишье. Примерно через полчаса после моего появления к трону Эрилара приблизился один из боевиков и с поклоном протянул записку. Его величество бросил лишь один быстрый взгляд на послание и кивнул, а я невольно насторожилась.
И не зря!
Минуты не прошло, как в зал ввели персону, чьё участие в заговоре… пожалуй, оно было очевидным, только я напрочь о нём забыла. Или была подсознательно уверена, что уж королеву-то никто не тронет? Ведь кто те маги и кто она?
Да, в зал ввели Оританию, а вместе с ней… Уф! Я даже заёрзала в кресле, не в силах справиться с волнением…
Просто первой хромала, тяжело опираясь обеими скованными руками на клюку, тётка Иофания. Выглядела родственница настолько жалко, что язык не поворачивался привычно обозвать её Кровосоской или Людоедкой.
И уже за ней шагала королева.
Оритания была очень бледна, но держалась прямо – всем своим видом демонстрируя оскорблённую гордость. На фоне сопровождения, состоящего из двух боевых магов и Морти с Кардом, её величество казалась изящной статуэткой, по ошибке засунутой на полку с глиняными кружками.
В рядах советников даже послышался недовольный шепоток – как же, такую высокопоставленную хрупкую леди ведут как обычную преступницу.
"
"Только меня эта видимая хрупкость заставила поморщиться. Вспомнились планы по устранению Джера, и если раньше эти планы просто не нравились, то теперь, когда из подопечного он превратился в любимого, хотелось как минимум выцарапать королеве глаза.
И наши с нею чувства явно были взаимными – увидев меня, Оритания даже споткнулась и на миг вышла из образа. Её глаза сверкнули бешенством, а руки сжались в кулаки.