А перед этим помог торговцу задохнуться.
Лебедев был доволен. Только виду не показывал.
– Чтобы мертвец не смотрелся в зеркало? Суеверие?
Отвечать Ванзарову не хотелось. Чтобы не испортить победу признанием, что логика не все может.
– Важно иное: тот, кто был здесь, не дал руке, сжимавшей петлю, отпуститься.
– Это значит…
– Вы правы, Аполлон Григорьевич, – поторопился Ванзаров. – Морозов не собирался умирать. Ему помогли. Вот какой вывод вы помогли найти. Остается теперь убедить в этом пристава…
Пока Лебедев наслаждался собственной значимостью, Ванзаров поспешил спросить:
– Позвольте узнать: почему сказали, что дело это дурно пахнет?
В ответ ему грозно помахали сигарильей.
– Не увиливайте, друг мой! Не заметили главного, так и признайтесь: логика зашла в тупик. Наконец уже…
Ванзаров предпочел не заступаться за логику. Она сама себя защитит.
– И все же, почему?
Ответил Лебедев не сразу.
– Ладно, так и быть, вам скажу… Пристав такое в протоколе не оставит… Знаете, я всякого навидался… Любых мерзостей, какие может выдумать извращенный мозг человека… Картина, в общем, знакомая… Почтенный купец, пожилой человек, ему наверняка за пятьдесят, ночью раздевается донага, садится перед зеркалом, накидывает петлю на шею… К нему приходит некто… Что это такое?
– Договаривайте, Аполлон Григорьевич…
– Вы человек не женатый, а потому не знаете: есть любители придушить себя во время плотского сношения.
Для усиления чувств… Особенно когда с возрастом половая сила слабеет. У господина купца, сами видите, что произошло… Теперь заметили?
Заметил Ванзаров давно.
Ждал, когда Лебедев сам укажет.
– Насколько помню, при повешении это происходит по причине оттока крови…
– А также прочие физиологические проявления.
– Тогда это может быть естественным следствием…
Лебедев решительно мотнул головой.
– Не сомневайтесь, друг мой, торговец антиквариатом пытался достичь высот наслаждения. Там его и поймали…
– Благодарю, – согласился Ванзаров, чтобы окончательно не расстроить друга.
– Кстати, что скажете про оружие убийства?
– Обычный шелковый шнур… Купец в своих запасах раскопал.
– Шнур не Морозова, – поторопился Ванзаров. И пожалел. Но было поздно. Лебедев нахмурился.
– Как же смогли узнать?
– Из шнура торчат ниточки.
– Что такого? – Аполлон Григорьевич сегодня явно был не в настроении.
– Простой ответ: шнур оторвали от шторы, к которой он был пришит. Нельзя предположить, что Морозов тщательно подготовился, а самое главное забыл.
