Если замешана Ладо, значит, Самбору может быть приказано совершить преступление. Он будет проводить сеанс для высоких лиц, до которых боевикам просто так не добраться.
Мысль ясная и ужасная одновременно осенила Зволянского. Будто обдала кипятком. Он вскочил, прошелся мимо камина и снова сел.
– Я должен сделать вывод, что о секретном визите Самбора и совершенно секретном сеансе стало известно революционерам?
Ванзаров благодарно кивнул.
– Ладо сняла 205-й номер за три дня до приезда Самбора. Номер был выбран с расчетом, что спирита поселят в люксе.
Такие номера в гостинице только на втором этаже.
Сергей Эрастович мысленно обнаружил, что ему деваться некуда: доложить о подобном князю Оболенскому не сможет, а предложить отменить сеанс, которого ждет министр МВД, – тем более.
– И только? – сказал он. – Ваше предположение не годится. Оно ошибочно. Ищите Самбора.
– Так точно, – ответил Ванзаров. Ничего иного и не ожидал.
– Привлеките доктора Котта. Кстати, он проверил на своей машинке это похищение? Каков результат?
– Отрицательный.
Котт увидел нечто не имеющее отношение к делу.
– Очень хорошо, – невольно вырвалось у Зволянского. – Что вы так смотрите, Родион Георгиевич?
– Позвольте вопрос, господин директор.
– Попробуй вам не позволить…
– Ваше поручение проверить аппарат доктора Котта исходило от князя Оболенского?
Дерзость вопроса была такого сорта, что любой чиновник на месте Ванзарова уже катился бы кубарем. Однако пока Ванзаров незаменим. Он остался в кресле.
– А вы сами как полагаете? – последовал ответ.
Логика подсказала остальное: доктор Котт был передан от лица, которое не принято называть по фамилии, только Александр Ильич. Шеф политической полиции, муж Адели Ионовны, подсунул сыску ясновидца на проверку. Чтобы загребать жар чужими руками. Если выйдет – заберет себе. А если окажется чушью, так с него какой спрос, сыск проверял. Князь Оболенский ждал от этих опытов вовсе не успеха. Это будет успех его противника. История с доктором Коттом отразилась, будто в зеркале, и встала на свое место.
Ванзаров был уверен, что его кандидатуру предложил тот же влиятельный человек.
– Благодарю, господин директор, – ответил Ванзаров.
– С вами приятно иметь дело. Кстати, что случилось с этим фокусником?
– Убил тот, кто одолжил ему фотоаппарат. Как добрый сосед.
– Кто такой? – Сергей Эрастович испытывал скорее легкое любопытство.
– Некий Филипп Почтовый, бывший филер. Связан с Прасковьей Ладо.
