– Послезавтра состоится сеанс, ради которого вас пригласили.
– О, так есть, пан Зволански.
– До окончания нашего сеанса прошу сохранять полное инкогнито. В Петербурге у вас наверняка есть друзья, почитатели и поклонники. Они не должны знать, что вы уже прибыли.
– Но то так, прошу пана…
– Прошу вас не покидать гостиницу до проведения сеанса. Все необходимое будет предоставлено в номер. Можете целиком рассчитывать на наше гостеприимство. Все оплачено. Недостатка ни в чем не будет.
– Дзенкую, пан… Я то розумем…
– Рад слышать.
Позвольте спросить: в чем заключаются ваши способности медиума?
– О, то ни есть так латво… просто, – и Самбор на приличном для поляка русском языке, отчаянно путая слова, рассказал, что умеет не только вызывать спиритические силы, но и выходить в иной мир, который он назвал четвертым измерением, откуда приносит разные сувениры.
Сергей Эрастович не поверил ни единому слову медиума, считая затею своего шефа откровенной блажью. Вслух выразил комплименты и пожелание: пусть визит в столицу и праздники для пана Самбора пройдут наилучшим образом.
Карета подъехала к «Англии». Гостиница была выбрана Зволянским не случайно. От Исаакиевской площади рукой подать до дома, где должно состояться главное таинственное событие. Глубоко секретное, важности исключительной. Как заявил князь Оболенский. Из-за чего директор департамента лишился покоя.
В холле уже ждал наряд филеров. Зволянский подвел гостя к стойке портье, вручил паспорт на имя Николаева, проводил до люкса на втором этаже и оставил номер своего телефона, чтобы обращаться по любой надобности.
В ресторане гостиницы для гостя был открыт неограниченный кредит. На всякий случай Зволянский забрал тулуп с шапкой. В тонком пальтишке далеко не уйдешь. Тут вам не Варшава, тут климат иной."
"Спустившись в холл, Сергей Эрастович отдал филерам строжайшее распоряжение: если гость попытается высунуть нос из гостиницы, вернуть обратно. Руки не ломать, шум не поднимать, действовать обходительно. В ресторане следить, чтобы к Самбору не подсели девицы шатких моральных качеств или господа, желающие выпить на брудершафт.
Не должно быть никакой случайности. Опеку юноша заметить не должен, но и вольности ему не давать. Не позволять никаких общений. Пылинки сдувать. Беречь как зеницу ока. Ну и так далее…
Филеры приказ поняли, вопросов не имелось. Дело несложное. Дело привычное.
30– Ваш вопрос имеет особую научную значимость, господин Ванзаров, – ответил доктор, несколько успокоив дыхание.
