Вспотевшая, я шмыгнула мимо него и схватила первую попавшуюся емкость со средством. Повернувшись, пошла к выходу, но перед глазами все еще стояла отвлекающая картина: Солд надевает рабочий комбинезон… К ней прибавились и воспоминания о том, как он выглядел на пляже.
Залив средство в робота, я активировала его. Теперь нужно срочно выпить воды, а еще — смочить нагревшийся от назойливых околоторсовых мыслей лоб. Я двинулась к выходу, намереваясь быстренько вернуться в корпус и добраться до автомата…
Лейтенант выглянул из каморки.
Все-то у него под контролем!
— Куда?
— Пить! — отрапортовала я.
— Сначала здесь приберись.
Я вернулась, так и не утолив жажду. Очередное мое задание состояло в том, чтобы проверить, соответствует ли содержание задвижных панелей тому, что в них должно находиться. Как оказалось, не соответствует. Пока я складывала распылители и щетки куда следует, Солд разбирал какую-то деталь.
— Ветрова, верхние панели тоже нужно проверить.
Я приподнялась, опершись об одну из выдвижных панелей, нажала на кнопку.
Нужная панель выдвинулась слишком быстро и с громким щелчком. От неожиданности я потеряла равновесие и начала падать. При этом я так замахала руками, намереваясь за что-то зацепиться, что заехала локтем в лицо Солду. Упасть я не упала (лейтенант успел меня поддержать), но сбила с нижних панелей тюбики и кое-какие детали для роботов. Мужчина подхватил меня на руки и опустил вниз.
«Поглоти меня черная дыра!»
Смотреть на лицо Солда я опасалась, но знала, что там уже наливается синяк от моего локтя.
Воображение дорисовывало совсем уже невозможные детали: сломанный нос, выбитый глаз… Интересно, какое наказание полагается курсантке, случайно врезавшей своему старшине?
— Хороший удар, Ветрова, — невозмутимо сказал лейтенант.
— Извините, товарищ лейтенант, — пролепетала я, потирая локоть. Он и то болел, а что же чувствует Солд?
Мужчина воззрился на меня сурово и одновременно ласково, и чего больше было во взгляде — ласки или суровости — я так и не поняла.
— Иди за Туллом.
Хватит с вас на сегодня.
Красная, как рак, я поплелась за орионцем. Слагор, который работал на улице, тоже довольным не выглядел — покрытый пылью, он и сам напоминал мешок для мусора, который вытряхивал.
— Заканчивай.
— Наконец! — он швырнул мешок на траву.
Сняв рабочие комбинезоны, мы снова предстали пред грозные голубые очи нашего старшины. Он проверил, стало ли чище в помещении, покопался в роботах. У меня начали закрываться глаза и я зевнула украдкой.
