— Угу, — я понежилась под Толиманом, и начала стаскивать с себя шорты и футболку.
— Да ты разобьешься!
Я только усмехнулась. На этом месте я провела столько волнительных часов! У меня, как и у этой девочки, тоже поначалу захватывало дух, и присутствовала зависть к смельчакам, которые прыгали. Высота была не то, чтобы приличная, но все же это была высота, а значит, каждый прыжок таил в себе опасность.
Многие боятся высоты, но меня Звезды избавили от этой фобии. Поэтому, глядя вниз, я лишь упивалась предвкушением полета.
Не боялась я и волн, которые могли уволочь меня чуть поодаль и бросить на коварную скалу. Однажды я разодрала руку об нее. Тогда еще мама была жива, и, когда она увидела меня с окровавленной рукой и узнала, что случилось, чуть не всыпала мне ремня.
Я улыбнулась. Если бы мама была жива — она бы уже поседела, зная, во что превратилась моя жизнь!
— Правда прыгать будешь? — не отставала девочка.
— Правда.
Я встала на самом краю. Нахальное безумство заядлого прыгуна притупило все остальные чувства.
Тогда я оттолкнулась и прыгнула. Самое главное правило — оттолкнуться от края как можно лучше, чтобы ветер не прихлопнул об утес.
Время замедлилось. Свист в ушах, тысячи иголочек на кончиках пальцев, внутреннее напряжение, сменяющееся эйфорией — я в полной мере прочувствовала каждый миг полета, прежде чем вошла в воду. И, пока волны не отнесли меня, такую податливую, к скале, заработала руками и ногами. Вынырнула, с наслаждением глотнула воздуха.
Моя стихия… мой Тектум.
Я долго еще качалась на волнах, надолго задерживала дыхание под водой. Одним словом — наслаждалась тем, что молода, здорова, что живу. В академии мне моря не хватало, и я восполняла дефицит соленого воздуха, свободы, радости. Как только начала чувствовать усталость, поплыла к берегу. Выползла на нагретый песок, разлеглась на нем, перевернувшись на живот, чтобы не слепило глаза. Мне было необычайно хорошо — даже лучше, чем обычно бывало после прыжка.
Как правило, адреналин «кипятит» кровь, и хочется либо безумно хохотать, либо просто валяться и приходить в себя. Но со мной случилось что-то другое…
Чувство невесомости вернулось.
Я открыла глаза.
Мое тело зависло над песком.
«Не может быть!»
Только я осознала, что парю, как упала. Ошарашенная, я подскочила, начала разглядывать свои руки и ноги, как будто ответ на мой незаданный вопрос был написан на них.
