– Об этом мог бы и не упоминать. Во-первых, не в моих правилах распускать язык, во-вторых, я умею расставаться с бывшими партнëрами по-дружески и без взаимных претензий, в-третьих, уважаю Глена и не желаю ему зла, иначе не попросила бы тебя о сегодняшней встрече. Просто пока не разберусь что к чему, случайно, а скорее по незнанию, могу что-то сказать или сделать совершенно невинное с моей точки зрения, но фатальное для него. Кстати, насчёт поединка можешь не беспокоиться: я сама себя уничтожу, потому что буду презирать себя за совершенное, если не дай Тьма, выйду за рамки.
– Спасибо. Спустя несколько лет Глен познакомился с одной девушкой, они начали встречаться. Причём очень близко. Дело шло к свадьбе и ничего не предвещало, как обычно говорят. Но однажды, пригласив на очередную встречу, барышня заявила, что нашёлся титулованный жених, и пусть он стар и не особо привлекателен, но она выбирает положение в обществе, несмотря на нежные чувства к теперь уже бывшему жениху. Но так как им было хорошо вместе, а как любовник Глен весьма хорош, то предложила остаться ему на вторых ролях.
Естественно, уже после того, как родит титулованному мужу наследника.
– Тьма-а-а-а...
– И озвучила она всë это прямым текстом, ни грамма не смущаясь низости своего предложения. Ты бы видела, каким Глен вернулся в свою комнату при университете. Я три недели добивался от него хоть слова о том, что произошло, кроме фразы ""свадьбы не будет"".
– Олли, а сколько они встречались?
– Два года...
– Тва-а-а-арь.
.. Вот же тварь! Два года!!! Целых два года встречаться и кинуть!!!
– Да. Это было почти пятнадцать лет назад. Знаешь, почему мне за Глена вдвойне обидно? При всех своих заслугах, несмотря на высокий магический уровень, на то, в каких кругах вращался ранее, он не возгордился, не задрал планку, а по-прежнему остался достаточно непритязательным в общении человеком, прошу прощения за тавтологию, который хочет простого человеческого счастья. Я более чем уверен, что встреть он девушку, с которой у него случилась бы взаимная симпатия, не посмотрел бы ни на её происхождение, ни на иной статус.
Но при всех своих достоинствах и талантах оказался в итоге...
–... никому неугоден. Для одних чересчур хорош, для других – негож...
– Да... Теперь понимаешь, почему Глен предпочëл закрыться в себе, не подпуская никого близко? Слишком глубокие раны были нанесены его сердцу и душе.
Мда... Знал бы ты, Олли, что крепость по имени Глен всë-таки пала.
