Вид, открывшийся мне с этой высоты, оказался завораживающим. Словно я укротила льва. Голодного, дикого и очень опасного.
— Мне понравился твой рот, твои губы и испуганный взгляд, — слышу его сдавленный голос, пока размазываю предэякулят по блестящей головке пениса.
— Ты хотел меня тогда? — почему-то вдруг стало очень важно услышать ответ на этот вопрос. Каждый раз, поднимая из глубин памяти тот вечер, я ощущала стыд и унижение.
— Я захотел тебя с того мгновения, как увидел рядом с братом.
От этой новости я сжимаю его член сильнее, что ему явно по душе.
Не верю собственным ушам. Хочу убедиться, что это не слуховая галлюцинация. Знать наверняка.
— Что?
Глава 32
— Почему тебя это удивляет? — Сабуров накрывает мои пальцы поверх своего пениса, недовольный тем, что я остановилась. Заставляя двигаться дальше. Вверх. Вниз.
— Не думала, что ты мог тогда заметить меня раньше, чем я поднялась к тебе, — уже самостоятельно возвращаю ласку, воодушевлённая столь неожиданной новостью. — Что же ты повёл себя как гондон?
Морщится, словно его не устраивает брань, слетающая с моих губ.
— Ты меня разозлила, — прикрывает на секунду глаза, когда я опускаюсь и вбираю головку в рот, всасывая в себя. Продолжая смотреть на него.
Его вкус терпкий, запах дурманящий. Сводящий с ума, вынуждающий сорваться с катушек скромности, зажатости. Страха оказаться отвергнутой.
Я сосу его член, плотно обхватывая губами пенис. Ощущая ими пульсацию каждой вены на нём. Его горячую бархатистость. Двигаю язык дальше, чтобы пропустить его глубже в горло, пока головка не упирается в него, мешая дышать.
Вытаскиваю влажный орган изо рта, давая себе вздохнуть, словно меня подняли со дна бассейна.
— Чем разозлила? — задаю вопрос. В горле саднит, но я хочу ещё.
Скольжу губами к основанию пениса. Осторожно изведывая новые границы. Провожу по шву мошонки, наблюдая за реакцией Сабурова. Вбираю в рот одно яичко. Он поощряет меня. Ощущаю его пальцы на своих волосах. Сжимает, тянет. Его большой член и яйца блестят от моей слюны, и мне нравится это зрелище.
В одно движение Сабуров переворачивает меня на спину, возвращая себе бразды правления. Я оказываюсь плотно прижата его телом к полу. На какой-то короткий миг, когда вижу дикое выражение в его зрачках, мне становится страшно. Будто он способен растерзать меня. Оставив от меня мокрое место. Во всех смыслах."
"Он почти сел на мою грудную клетку, но всё же контролирует себя. Чуть-чуть. Яйца скользят по коже груди. Членом бьёт по моим губам.
