За мой счёт. Устроил цирк, а я в нём главный клоун.
Едва дождалась, когда закончится обед. Хотелось вернуться в свою комнату, к ребёнку.
Поднялась из-за стола вместе со всеми, но не тут-то было. Сабуров сжал моё запястье, останавливая.
— Торопишься? — тихо поинтересовался. Его пальцы так плотно сжимали мою руку, что обжигали своим теплом. Я смотрела на них, ощущая обиду и не понимая, как её скрыть. Да и на что обижаться? На то, что хотела его позлить, а он на то и рассчитывал?
— Да. Пусти, — чеканю сквозь зубы, пытаясь вырваться, но тщетно.
Он лишь усилил хватку.
Притянул чуть ближе, заставляя сделать шаг к его стулу. Плевать ему на то, что все смотрят. Да и какая теперь разница, если он уже огласил перед всеми, что я стану его женой?
— Я провожу тебя до твоей спальни, — поднялся из-за стола, нависнув прямо надо мной, заставив ощутить себя крошечной пылинкой рядом с ним. Смахнёт с лацкана рубашки, и растворюсь в воздухе.
Глава 63
Его тон не допускал возражений. Хотя на языке так и вертелось: не заблужусь.
Мой план оказался провальным. Вывести его из себя не получилось. Впрочем, Фатима пыталась.
Но и у меня в рукаве ещё не разменяна одна карта.
Пока мы неспешно поднимались по лестнице, его рука грела мою спину. Его близость будоражила и возбуждала. Я соскучилась по нему. По его телу. По сексу с ним. Но его спокойствие раздражало и выводило из себя. Отчего он такой собранный? Случайно, не очередная любовница даёт ему нужную разрядку?
Глубоко вобрала в лёгкие воздух и, когда мы поднялись, решила задать вопрос, который давно меня мучил.
Но всё смела отважиться произнести вслух страшную догадку. Узнать наверняка, что человек, которого я люблю, действительно способен отнять жизнь.
— Ратмир, — обращаюсь к нему и, дождавшись, когда он посмотрит мне в глаза, тихим, едва слышным голосом спрашиваю: — Ты приложил руку к смерти Юрасова?
Лицо Ратмира тут же становится каменным. Я научилась распознавать момент, когда он хотел скрыть все эмоции. Но сейчас ощущала — злится.
— А что, ты горюешь по муженьку? — интересуется, брезгливо поднимая вверх губу.
— Нет, — отвечаю честно, — но мне хочется знать, кто ты.
Наверное, это впервые, когда Сабуров отводит взгляд. На мгновение, но не выдерживает напряжения. И я жалею, что озвучила свой страх. Сглатываю слюну.
Мы уже подошли к моей спальне. Он молча открывает дверь. Мишка, вероятно, уснул, а Пати читала книжку.
— Тихо, — прошу Ратмира, когда он тяжёлым шагом входит в комнату, — ребёнок спит.
