Я спрыгнул на него и хмыкнул – чтобы рассмотреть виллу на острове, пришлось задрать голову до хруста в шейных позвонках.
Изящный, весь сплошь состоящий из резных балкончиков и больших окон, дом будто летел вверх, в чернильно-синее небо. Оно таяло в вышине, словно терялось в свете факелов, которые в изобилии окружали его на всех трех этажах, придавая стенам розоватый оттенок.
– Эта Мирабелла, похоже, удачно выскочила замуж, – пробормотал я, подхватив Дэну, стоявшую на носу лодки, за талию.
– Опять старая песня, – супруга рассмеялась.
Ножки в легких туфельках уже коснулись песка, но она не спешила от меня отстраняться, сводя с ума близостью тела. Я все еще не верил, что моя суровая женушка сменила гнев на милость и теперь, вроде как, позволила мне ухаживать за собой. Памятуя о ее словах, не торопился, боясь спугнуть нежданное счастье. И никак не мог прекратить улыбаться…
– Мирабелла все заработала сама, – пояснила Дэна, тоже любуясь домом, похожим на драгоценность.
– У нее мозги финансиста, она чует выгодные сделки, Черут. Много вкладывает и почти всегда остается в выигрыше. Ты знал, что Мира может в уме перемножить трехзначные числа?
– Правда? – недоверчиво хмыкнул.
Баба-счеты, надо же!
Что ж, так тоже бывает. Я пожал плечами. Дела этой ушлой бабенки меня интересовали меньше всего. С ней точно надо держать ухо востро. Но раз уж она помогает моей супруге заключать выгодные сделки, промолчу.
Мы прошли по мосткам пристани и вступили на каменный язык дороги, которая игриво вилась вверх, петляя среди пышной растительности и неспешно ведя гостей к вилле.
Теплая пахучая ночь сопровождала нас, купая в воздухе, намешанном слоями: теплый – идущий от земли, прохладный с моря, сонно вздыхающего за нашими спинами, цветочный от клумб, терпко-древесный от норок землероек."
"Растущие вдоль дороги пальмы шевелились, словно огромные опахала в восточном дворце. Два толстых ствола в конце напоминали ворота.
Мы прошли сквозь них, поднялись по широкой лестнице, стекающей из дома на лужайку мраморными волнами.
Лакеи распахнули перед нами огромные двери, и со всех сторон нас тут же окатило смехом, музыкой, цветом. Каскад запахов ударил в нос, ошарашил, дракон внутри недовольно завозился. Все это сияние, мишура, танцующие пары, дамочки, стреляющие глазками по сторонам, присматривая нового любовника, до боли напомнило мне о днях далекого юношества.
