Его взгляд полыхнул нежностью и откровенным мужским желанием. Какое же это наслаждение – знать, что ты вызываешь такую страсть у любимого мужчины! Изысканное лакомство, драгоценность, бережно хранящаяся в памяти. Не в силах более сопротивляться, я со стоном отдалась во власть моего дракона в ответном женском порыве навстречу извечному мужскому напору.
Наши губы сошлись изгиб в изгиб, как кусочки единого целого, разбитого когда-то давно по недосмотру рассеянных богов. Он растерзал их, утробно рыча, но потом вдруг остановился, заглянул в мое лицо затуманенным взглядом, нежно улыбнулся и продолжил целовать – но уже так ласково, будто собирал ртом с самого хрупкого цветка на свете капли росы.
Я тоже вспомнила тот поцелуй, который состоялся благодаря хулиганистому тушкану. Кровь вскипела, хмельным коктейлем ударив в голову, мигом стерев все мысли и оставив только молоточками стучащее в висках желание. Я обвила шею моего чешуйчатого, это позволило ему обхватить меня под поясницей, вжаться бедрами, совершенно бесстыдно демонстрируя все свои мужские желания.
"
"Но я была не против. Голова наполнилась звенящей легкостью, в животе начали порхать бабочки, а по венам заструилась лава. Этот дракон творит, что ему вздумается, но мне совершенно не хочется ему мешать! Наоборот, я жажду прижаться к нему так тесно, чтобы было не вдохнуть, запустить в шевелюру руку, пропустить между пальцами пряди волос, чувствуя их мягкость и жесткость одновременно.
Все готова отдать, лишь бы и дальше наслаждаться его тяжелым, обжигающим дыханием и тем, как он бормочет что-то сипло, вжимаясь в меня тяжелым телом, ласкает губы, поглаживает талию, сводя с ума.
Я вновь хочу принадлежать ему, чтобы выпил до дна, залпом, как бокал вина, впитал в себя, растворил в страсти, растерзал, как лишь он умеет, мой неистовый, ласковый, жадный, неутомимый зверь, лучше меня самой знающий все мои желания!
Но он оторвался от моих губ. Кипящая зелень драконьих очей, пронзенная иглой зрачка, обожгла лицо.
– Дэна, – шепнул едва слышно, – ты говорила, я нужен тебе.
– Черут… – прикрыла глаза.
– Я же чувствую, – он погладил меня по щеке, – ты моя!
Да, твоя! Целиком и полностью, без каких бы то ни было условий, никто и не спорит! Но мне бежать от тебя надо! Иначе все очень, очень плохо закончится!
Осознание того, что в любой момент сюда может ворваться стража, рой марл или, того хуже, сам Император, изгнало из сердца то беспечное счастье, которое переливалось там всеми цветами радуги.
