– Очень приятно, – смущенно пробормотала в ответ.
Теперь я смогла разглядеть его – высокого, с черными волосами до плеч. Дав мне немного времени, будто специально, чтобы могла освоиться, он пригласил меня к столу, уже накрытому для ужина. Наш разговор был довольно долгим и, кажется, интересным обеим сторонам. Но забыть, кто именно находится передо мной, я все равно не смогла.
Сложно увидеть простого человека в том, кто отдавал приказы, стоившие десятки тысяч жизней.
Кто приказывал отлавливать магических детей и… Никто так и не узнал, что с ними происходило потом.
И даже сейчас, имея возможность это узнать, я не осмелюсь о таком спросить. Не потому что боюсь его реакции. Нет, совсем наоборот – я боюсь своей реакции на его ответ.
Этот маг старательно изображал простого человека, и у него вполне получалось быть обворожительным мужчиной, радушным хозяином и просто приятным собеседником. Но огонек, пылающий на задворках моего разума, не утихал, призывая быть очень, очень осторожной.
– Могу ли я задать вопрос? – отложив крохотную серебряную ложку, которой ела десерт, сказала я, посмотрев на Императора.
– Разумеется, – он остался невозмутимым, но в глубине черных глаз на мгновение мелькнула искорка интереса.
А я опять вспомнила о картинке, которая недавно промелькнула перед глазами стараниями моего воображения. Большой зал с причудливыми экспонатами – представителями вымерших видов, когда-то населявших наши земли.
Мертвые тела, умело сохраненные мастерами-чучельниками будто живые. Оскаленные в притворной улыбке зубы, пластиковые глаза.
А в центре всего этого – я, с зависшей над моим телом огромной булавкой, готовой проткнуть мое сердце и присоединить к жителям этого ужасного музея навсегда.
– Не буду ходить вокруг да около, Император, – отогнав воспоминания, продиравшие дрожью вдоль позвоночника, сказала, наконец. – Зачем вам я?
Он не ответил сразу. Улыбка изогнула губы. Мужчина взял кубок с вином и сделал глоток. И лишь потом сказал:
– Чтобы беречь вас, Даниэлла.
Это было неожиданно.
Теперь уже молчала я, пытаясь постичь смысл, заключенный в этих словах. Что маг хотел этим сказать? Если честно, не понимаю.
– Почему? – хмурясь, переспросила его. – Вы ведь сами приказали уничтожить Светочей.
– Был неправ, признаю, – он так легко улыбнулся, будто речь не шла о сотнях семей, которые были просто вырезаны под корень.
И одной из них была моя семья! Мама, папа, сестры и братья!
– Я был молод, Даниэлла, – Император откинулся на спинку стула.
