– Ты себя хорошо чувствуешь? Голова не кружится?
– Мои родители одобрили тебя, – я не стала протестовать, когда он обвил талию рукой, поддерживая. – Правда, отец добавил, что не мечтал о зяте-ящерице. Но в целом ты им нравишься."
"– А тебе? – шепнул муж, с тревогой и надеждой пополам вглядываясь в мое лицо. – Тебе я нужен?
– Надо подумать.
– Вредная!
– Нет, просто вдумчивая, – я хихикнула. – Так уж и быть, обдумаю ваш запрос, господин Эдер. Как-нибудь на досуге.
– Когда он будет еще, досуг этот самый, – проворчал супруг, еще крепче прижимая меня к себе.
– Кто ж его знает, – пожала плечами и радостно вскрикнула.
– Что?! – дракон тут же сграбастал меня в охапку.
– Шустрик! – указала на малыша, который шел к нам.
Рядом с ним плелся паренек, живущий в этой уничтоженной деревне.
– Ты где пропадал? – я обняла мальчишек. – Живые хоть, и то хорошо!
– И ничего хорошего, женщина, – с важным видом заявил Шустрик.
– Это что еще за заявочки? – ахнула я.
– Проспали вы все на своем сеновале, – продолжил мальчик. – И эльфы задрыхли тоже. А я ушки на макушке держал. И не зря – вот этот вот, – кивнул на местного паренька, – предатель он!
Тот потупился, ничего не ответив.
– Как все захрапели, так он шасть из сарайки, – Шустрик широко улыбнулся, – но я-то начеку был! Смотрю, он в лес навострил лыжи. Думал, по надобности какой естественной, но куда там, гляжу, чешет и чешет вперед, да назад оглядывается! До самого отряда его проводил я!
– Какого отряда? – Черут посерьезнел.
– Магического, разумеется! – Шустрик закатил глаза. – Говорил же, шпион он! Этот гад магов и привел! Они ему денежку дали, я видел! Да сами смотрите, – малыш подскочил к парню, схватил того за руку и заставил разжать кулак.
На землю шлепнулись монеты. Кирсан поднял их и, вглядевшись, изрек:
– Профиль Императора, будь он проклят!
– Как же так?.. – я с укором посмотрела на местного.
– А вот так! – тот вдруг вскинул голову и глянул на меня.
Полный ненависти взгляд впился в мое лицо.
– Ты чтобы прокормиться? – прошептала я. – Чтобы бабушке помочь?
– Да нужна она мне, старая кошелка! – он скривился. – Всю жизнь только пинки да зуботычины видал от нее! Жрет в три горла, старая зараза! – махнул рукой. – Не прокормишь стерву. Плевал я на нее, – он с жадностью посмотрел на монеты в руках Кирсана.
