— Смотрите, считайте, я все, что было в Сороке, забрал, — ответственно сообщил моряк.
Семён после этих слов внушительно кашлянул, видимо, напоминая капитану, что тот о чем-то запамятовал. Гаврилка понял с ходу, приволок писчую бумагу и чернила с пером.
— За сундуки распишись, немец. — Голова артели, что к Белому морю ходила, вручил бумагу Митьке. — Что доставили груз в целости и сохранности, тоже распишись."
"Спешить расписываться рыбак не стал. Сосчитал все сундуки, по ходу сбился, пересчитал, а закончив, сверил с тем, что написано на бумаге.
Цифры совпадали. Проверять каждый сундук на неприкосновенность Митька не стал, лишь окинул взглядом. На вид целые, а что с сундуками может быть? Он расписался и вернул перо и бумагу заждавшемуся моряку. Подпись на этот раз вышла куда как заковыристее, но Митька и не рассчитывал повторить ту, что ставил на свитке Акинфия на пиру. Между тем рыбак обратил внимание, как косится на его подпись Семён. Может, хотел удостовериться, что расписался где следует?
— Это не все, — добродушно и как-то совсем по-простецки сообщил моряк, протягивая Митьке еще несколько бумаг.
— Нужно еще парочку твоих подписей, немец. На груз с других ушкуев. Пойдем посмотрим али сразу распишешься?
Митька отмахнулся, взял бумаги, наставил закорючек, снова разных. Что, спрашивается, идти на бочки и сундуки смотреть. Да и надо же показать, что он готов выстраивать отношения на доверии. Хотел Семён проверить своего голову, что за караван отвечает, — проверили, но хватит.
— Может, все-таки сходим? — предложил Семён.
— А нужно? — спросил Митька.
Купец в ответ улыбнулся. Дел у ушкуя не осталось, и они отошли к месту, где стояли до того. Моряк, провожая купцов, решил, что будет неплохо получше выслужиться перед Семёном. Начал рассказывать о том, что так и сяк, а в среднем течении Волхова на них напали собаки местные, пощипать хотели, но морячки отбились. Мало того что все в экипаже целы остались и товар сохранили, так еще и корабли не повредились.
Показалось, что Семёну, привычному к такого рода рассказам, не было до слов морячка никакого дела. Встретил разбойничков, сдюжил — молодец, за это тебе и платим, а коли не сдюжил бы, так это уже другой разговор пошел.
Акинфий, Григорий и Прокофий отправились следить за разгрузкой на других ушкуях, что привезли олово и вино. Митька остался один на один с Семёном. Их задачей было отследить разгрузку сундуков с английским сукном.
