Какой-то грязный рыбак посмел указывать благородному купцу, что и как ему следует делать. Да еще и на слово не верил. Урон чести. Митьке же на честь купца было более чем плевать, если Семён хотел говорить о деле — а в том, что именно за этим он сюда пришел, не было сомнений, — пусть жрет кашу.
Говорить Семён все же хотел, и купец в нем превозмог над гордостью. Он проглотил вольготность Митьки и подошел к столу, на котором оставил поднос. Бледный, как полотно, сунул в горячий горшок ложку, зачерпнул, но на кончике, чего хватило едва бы смочить губы.
Попробовал.
— Доволен?
— Полную черпай, — указал Митька.
Купец вздрогнул, но кашу зачерпнул и съел. Долго жевал, смотря Митьке прямо в глаза тяжелым, ледяным взглядом, как человек, получивший смертельное оскорбление. Рыбак не отводил глаз. Даже поймал себя на мысли, что происходящее ему нравилось. Когда Семён все прожевал и проглотил, к ужину приступили остальные. Митька, который не ел с тех самых пор, как очнулся, уплетал за обе щеки, чувствуя, как горячая каша придает сил и приятно согревает внутренности.
Семён терпеливо ждал.
— Надо поговорить, — сказал он, когда трапеза подошла к концу.
Купец подсел к Митьке, долго запрягал, прежде чем начать.
— Ты понимаешь, в какую игру ввязался, рыбак? Ты хоть понимаешь, что за просто так тебе не выпутаться? — спросил он.
— Тебе какое дело?
— В одной лодке плывем.
— Что-то не похоже на то. Плыли бы, вы бы не вели себя так, — возразил Митька. — Мы вам ничего плохого не сделали.
И, между прочим, не было б нас, не было б у вас грамотки царской. Вот так и плывем, что оглядываться приходиться.
— Погорячились, — совершенно неожиданно согласился Семён. — Но ты ведь, как и я, хочешь все изменить? — Похоже, что вопрос был чисто риторический, а значит, ответ на него никто не ждал, да Митька и не собирался отвечать. Семён продолжил: — В той грамотке, которую я тебе показал, есть согласие Царя на монопольную торговлю с Англией с последующим размещением компании в Новгороде.
Я собираюсь получить такое же согласие от ихней Царицы Марии. Согласие на торг без всякого мыта в Англии.
— Как? — искренне поинтересовался Митька. — Ты же не думаешь показывать нас Марии?
— Не знаю, — честно признался после некоторой паузы Семён. — Но я знаю, что у меня есть кое-что, что может ее заинтересовать. Мартин рассказал, от которого я, кстати, и узнал о том, что в Англии правит новая Царица. Он сказал, что Мария — ярая католичка.
