— Не надо…, — прошептала Беляна трясущимися губами, глядя на тархана, который уже лыка не вязал. — Не надо, дядя Арат! Убьют же всех!
— Беги домой, я сказал, — жестко ответил Арат, который потянул из-за пояса нож. — Уходи, не след тебе видеть, что сейчас тут будет."
"Девчонка всхлипнула и опрометью выбежала из дома, что на целые месяцы стал ее тюрьмой. Арат, смакуя момент, любовался тарханом, который лежал мордой на столе, буробя что-то невнятное. Ему было очень хорошо. Ему было хорошо ровно до того момента, пока Арат не всадил ему нож между лопаток.
Степняк захрипел, засучив ногами, и затих. Арат вытащил его на двор и деловито отделил вытянутую голову, стараясь не задеть косы.
— Красавец! — произнес он, любуясь на дело своих рук. — Отлично на копье смотреться будешь! Теперь зайдем на огонек к соседям. Хорошо-то как! — сказал он, подняв голову к небу, откуда луна равнодушно светила людям. — Никогда в жизни мне еще так хорошо не было!
Он обошел лужу крови, что натекла на рыхлый сероватый снег из обрубка шеи, и пошел к отцу Беляны.
У того тоже гостил степняк.
* * *Отряд всадников из полукровок вихрем несся по селениям, в которых зимовали обры. Впереди ехал воин на жеребце неописуемой красоты, в аварском доспехе и с копьем, на которое была насажена голова самого тархана Хайду. Его хорошо знали в этих землях. Знали, ненавидели и боялись. Длинные косы мотались из стороны в сторону, нагоняя ужас на мораван, которые внезапно поняли — это все, пути назад не будет. Даже если они в ноги повалятся своим господам, то те из мести все равно разорят их земли и уведут в рабство всех, кого смогут схватить.
А остальные потом просто умрут с голоду, потому что посеять новый урожай им никто не позволит.
От городища к городищу отряд все увеличивался, ведь другие сыновья всадников тоже резали непрошенных гостей, обдирая с них одежду и доспех. В первый же день поскакали гонцы во все стороны, поднимая на бунт словенский народ. И люди услышали гонцов. Обров убивали на месте, где бы ни находили.
И лишь иногда, уступая мольбам жителей, им сохраняли жизнь. Мораване жгли их потом на кострах, принося в жертву своим богам. Сотни аварских всадников были убиты, а их кони и оружие сменили хозяев. Сам же Арат раздавал родовичам копья и секиры, обрядив в доспех свой отборный отряд.
Все получилось непросто. Авары были отважными бойцами, и многие уходили от убийц в соседние городища, поднимая на войну своих товарищей. Кровь полилась с обеих сторон.
