Они загомонили на своем гортанном наречии и, наконец, старший из них, тот самый, что велел Стефану проваливать, сказал:
— А почему у тебя есть интерес к этим склавинам, почтенный слуга Августа, да пребудет над ним благословение Яхве?
— У меня нет никакого интереса к этим склавинам, — честно признался Стефан, — но у меня есть большой интерес к награде за них.
— Я так и думал, — ухмыльнулся купец. — Надеюсь, что с тобой можно вести дела. Ты не представляешь, сколько дураков и самозванцев приходит к нам и заявляет, что знают, где эти люди.
А некоторые и вовсе заявляют, что это они и есть, и требуют отвезти их к богатой родне.
— Переходите к делу, уважаемый Ицхак! — поморщился Стефан, который уже узнал имя торговца. Он был тут довольно известен. — Имена?
— Никша, Ратко и Милица, — ответил иудей, и от его ответа в глазах нотария помутилось. Он побледнел и почувствовал, как закружилась голова.
— С тобой все хорошо? — участливо спросил купец.
— Да, со мной все хорошо, — задумчиво ответил Стефан.
— Мне кажется, что я встречал когда-то человека с таким именем.
— И, конечно же, ты знаешь, где он, и хочешь получить награду, — презрительно посмотрел на него иудей.
— Нет, мне надо кое-что уточнить, — покачал головой Стефан и ушел в харчевню, где впервые в жизни напился, словно наемник-гот."
"Уже прошла целая неделя, и он долго не мог решить, что ему делать с этим новым знанием. Кто мог его искать? И, главное, зачем? Это хитрая многоходовая интрига, которая берет начало в соседней канцелярии? Но какой в ней смысл? И почему ищут только их троих? Ответ на поверхности.
Их может искать только брат Само, ведь отец убит. Хотя, даже если бы он был жив, покойный Берислав никогда не держал в руках золота. Для него ценностью было зерно, железо и мех. Само? Но как? Откуда такие деньги у нищего мальчишки, которого схватил аварский всадник? А может быть, он все это время был рядом? Да, точно! Он тоже попал в один из бесчисленных этажей власти Империи и взлетел ввысь.
И тогда, получается, он тоже евнух. Склавины могли сделать карьеру в войске императора, но такого военачальника Стефан не знал. Он бы обратил внимание на это имя. Значит, имя тоже изменено при крещении, как и у него самого.
Был, конечно, еще один вариант. Он мог стать рабом аварского кагана, и возвыситься там. Тогда он враг, и за такие связи изгнание — это самое малое, что грозит нотарию Стефану. Никто не станет слушать его оправданий.
