Новая жизнь, которая пришла к ним вместе с новым князем, была куда более сытой, безопасной и справедливой, чем раньше. И германцы сделали свой выбор. Самослава поначалу это немало удивило, но потом он вспомнил, как на занятиях по марксизму-ленинизму делал доклад по зарождению капитализма. Запомнилась и фраза из трудов Ильича, что «нации — неизбежный продукт и неизбежная форма буржуазной эпохи общественного развития». Буржуазной эпохи нет, а значит и национального самосознания быть не может. Неглуп был Ленин, весьма неглуп, зря только позабыли об этом.
Это самое национальное самосознание вообще только в восемнадцатом веке появилось, и то не везде. Мусульмане вон до сих пор религиозную идентичность куда выше национальности ставят. А про иудеев и речи нет. Люди всех рас и цветов кожи называют себя евреями, и ничуть по этому поводу не парятся. И да, создали вполне неплохую страну.
Также за общим столом сидел пришлый ромей, который вызывал всеобщее любопытство. Он понимал словенскую речь, ведь в войске базилевса было много наемников — псилов из этого племени.
Говорил он, правда, с акцентом, но разве это имело значение…
— Уважаемые! — Отсалютовал князь кубком. — Пить сегодня будем мало, зато много будем думать. Беда идет на нашу землю. Баварский герцог ополчение собирает и пойдет на нас сразу после сбора урожая. Ему наше богатство — как кость в горле. Хочет лапу наложить на нашу соль, на торг, забрать скот и поля. Всех нас он сгонит с земли, или обложит данями. Все, кто в походе попадет в плен, станет рабом и будет продан в земли франков.
Там чума и оспа гуляет, им всегда рабочие руки нужны. У нас месяца полтора-два, не больше. Кто скажет слово первым?
Бояре хмурились. Противопоставить войску баваров им было особо нечего. Сколько они соберут бойцов? Ну, три тысячи, не больше. А герцог может и все восемь привести. И из них сотен пять с мечами будут, в доспехе и шлемах, да конницы еще столько же. Его в этих землях только авары и били, но конных стрелков у хорутан не было и быть не могло.
Какая в лесах конница?
— Позволь сказать, герцог, — встал Деметрий, спокойно глядя на недоверчивые глаза бояр. Он ждал своего выхода. Ведь, как говорила Коко Шанель, у вас никогда не будет второго шанса произвести первое впечатление. Правда, Деметрий ни про какую Коко Шанель не знал, но речь свою шлифовал не один день. Он прекрасно понимал, что наняли его для того, чтобы создать новое войско, и для того, чтобы он щедро делился своим воинским опытом.
