Ребенок этого весьма активно не хотел и потащил меня за рукав на выход из серых приютских стен на свободу.
На улице и впрямь дышалось легче. Хоть мы и не заглядывали по комнатам, но кое — что всё — таки успели увидеть — и скудную обстановку, и бедную одежонку на детях и затравленные взгляды, и завистливые — на Миньку. А он так и не выпускал мою руку, шел, не глядя по сторонам, только бы уйти отсюда прочь. Но теперь нас тут ничего и не держало.
Перекусив перед дорогой в знакомом уже нам постоялом дворе, мы двинулись в обратный путь.
Ещё решили навестить Дарти в их имении, чтобы начать кампанию по проверке приюта на предмет махинаций и нарушений, да и ремонт дорог в округе хорошо бы обсудить, чтобы было что предложить предводителю и местным помещикам. На голом альтруизме я этот проект не потяну. А вот если все внесут свой вклад, то мои рабочие продолжат дорогу далее.
У барона нас встретили весьма радушно, мужчинам пожали руку, меня всю обцеловали, Миньке серьезно потрясли руку и чмокнули в обе щеки тетушка и кузина.
Кстати, мне очень понравились розовеющие щёчки Аннии и осторожный взгляд, брошенный украдкой в сторону моего папеньки. Ой, не зря! Надо узнать у тети, сколько ещё будет длиться траур у Аннии, чтобы подтолкнуть батюшку к решительным шагам. У девушки ведь классическое дворянское воспитание, сама ни за что в жизни не проявит внимание к мужчине. Табу! Тьфу!! Ничего, мы сами с усами. Вот только в роли свахи себя не пробовала, а надо!
Нас тут же усадили за стол, обед немного припозднился, пока хозяин осматривал урожай в садах, так что мы как раз успели.
Отец рассказал, зачем и почему, мы ездили в Арнику. Историю попадания к нам Миньки наши родственники уже знали, им были только неизвестны наши планы насчёт мальчика. Вот мы все сегодня и рассказали. В том числе и про содержание детей в приюте, издевательства старших детей, полуголодное существование в обносках. Дядюшка Майрон был крайне возмущен, а тетушка даже всплакнула в особо жалостливых местах, даже у кузиночки заблестели глаза от сочувствия к мальчишке.
Когда Иртэн предложил взяться за это дело всем помещикам, барон Дарти горячо эту идею поддержал. Только предложил не предавать это дело широкой огласке, собраться нескольким членам Дворянского совета, пригласить предводителя и сразу же ехать в приют, не оповещая директрису, и вообще, лишних людей, об этом. Тогда можно будет увидеть истинное положение дел.
