Лыков начал раздражаться: времени в обрез, а тут то одно, то другое. Но догадку насчет этнических предпочтений анархистов следовало проверить.
Филер пришел быстро, прочитал свой старый рапорт и толково доложил:
– Помню этого Румниса. Он, видать, оказывал боевикам мелкие услуги. Всегда на словах, из вещей ничего не брал и не передавал.
– Кроме Афанасьева латыш с кем еще общался?
– Э-э… С Кольцовым из «Мстителей», которого застрелили, когда он деньги вымогал на анархию. И с Бахчиванджи.
Офицеры повеселели:
– С нашим? Который сейчас главный боевик у анархистов?
– Так точно.
– Что еще можете вспомнить про Румниса? – спросил статский советник. – Почему его не арестовали? Может, хотели взять в наблюдение и выявить связи?
– Не могу знать, ваше…
– …высокородие.
– Виноват. Я только филер, мое дело маленькое. Помню лишь, что встречался кассир всегда в тех номерах, на которые промысловое свидетельство брать не нужно.
– А где чаще всего?
– Почти три года прошло, ваше высокородие. Вроде это было подле его дома.
Сам Румнис обитал в Сквозном переулке. А виделся с товарищами в меблирашках Дудугавы. Это недалеко от его квартиры, угол Дмитриевской и Ново-Марьинской. Там еще артезианский колодезь.
Филера отпустили, и Фон-Гоерц тут же сообщил:
– Знаю я этого Дудугаву, давно он у меня на подозрении. То тут, то там мелькает. Предъявить ему пока нечего, но…
– Судя по фамилии, хозяин меблирашек грузин, а не латыш, – уточнил питерец.
– Да, уроженец Кутаиса. Помните, Алексей Николаевич, мы вам говорили, что в последнее время анархисты притихли.
Читают книжки, теорию зубрят, а про бомбы и револьверы забыли.
– Да, и что сейчас вся активность анархистов в Кубанской области со стороны приезжих, – подтвердил Лыков. – Приезжают всегда грузины.
– Именно. А мы их берем на эксе. Так сорвали ребятам уже не одно дело. Попытки ограбления конторы на станции Крымской, денежной почты в Расшеватке, почтово-телеграфной конторы в Романовском хуторе – везде были генацвале.
Может, это нить? Латыш Муромцев-Стенцель, ныне покойный. Его правая рука варшавский русак Семикобылин. Другой латыш Румнис, который, возможно, и прячет товарища Тараса. И неугомонные грузины, всегда готовые кого-то ограбить в пользу революции. Все это суть одна интернациональная компания анархобоевиков? А явка в номерах Дудугавы?
Лыков поддержал идею:
– Маленькие номера самые удобные для конспирации.
– Почему? – удивились жандармы.
– Читайте правила.
