Лыков спросил о другом:
– Что значит: труба, приделанная к железу?
Черкес смешался:
– Как объяснить? Ну, труба, длинная. Мне по пояс будет, если поставить ее на землю. Толщиной с мою руку. Соединена, есть такое слово? Соединена с опорой… Опора большая, круглая, четыре пальца высотой. Видать, тяжелая. Еще сошки под трубой, как у горского ружья. Вот…
Лыков с Пришельцевым обменялись взглядами и одновременно пожали плечами. По описанию туземца понять, что это за конструкция, было невозможно.
– Нарисуй, – потребовал статский советник.
Кайтлесов взял карандаш и неумело накарябал странную схему. Круг, из него торчит вверх палка и опирается на двуногу.
– Из черного железа, не клепаная, а такая… целиком. Будто ствол к маленькой пушке.
– Ладно. Дальше что было?
– Когда мы подъехали, было еще светло. Ширванская стоит в низине, вокруг лес. А в юрте, где работали нефть, деревья все вырубили. Близко не подобраться – караульщики заметят. Помню, вышка была на холме, качалка моталась туда-сюда… Караульщики, двое лезгин, хотели нас отогнать.
При кинжалах и ружьях, сердитые. Мы спрятались в овраге, они и отстали.
– Сколько было до вышки?
– Далеко. Половина версты, да. Я остался с коляской, кучер тоже…"
"– Стой. Что за кучер? – перебил арестованного Лыков.
– Который нас вез. Он не городской извозчик был, а сам по себе… не знаю, как сказать.
– Вольный? На собственном экипаже?
Горец задумался:
– Как поймешь? Они с Вариводой хорошо знакомы, да. Шутили, атаман его водкой угощал. Звать Иваном, большой, в синем архалуке.
Думаю… думаю, что он при каком-то богатом человеке состоит, возит его.
– То есть он кучер выезда некоего богача? А не сам по себе? Почему ты так решил?
– Не могу сказать. Но мне показалось именно так. Коляска богатая, упряжь с серебряными украшениями… Такие только у денежных людей бывают.
– Продолжай. Ты долго оставался с кучером?
– Нет. Варивода с Рыжим ушли вперед, к вышке. Трубу и чемодан с мешком взяли с собой… Варивода надел его на плечи.
– Стой, стой. Как можно мешок надеть на плечи?
– Там лямки были.
– Лямки? Значит, не мешок, а ранец?
– Ну, сидор, так они говорили.
– Солдатский вещевой мешок?
– Ага! – обрадовался Кайтлесов. – Какие у солдат, да.
– Чудеса… Труба с железкой, сидор и седельный чемодан, который пахнет нефтью. Но продолжай.
– Я хотел закурить, пока они возились, но атаман меня обругал и спички отобрал. Сказал: дурак, мы все сгорим! Они, значит, ушли, но скоро вернулись. Варивода велел мне разведать.
