Послабление в приговоре тогда, считай, у тебя в кармане. Но ежели окажется, что ты что-то утаил или сказал неправду, тогда твое дело плохо. Видишь, судьба Кайтлесова теперь будет решаться не здесь. А в Петербурге. Она зависит от того, что я сообщу в столице.
– Клянусь творцом мира и господином Судного дня! Я готов!
Черкес ел Лыкова глазами, сразу сообразив, что его жизнь отныне в руках этого человека.
– Итак, начнем по порядку, с самого начала. Тех прежних допросов, считай, как будто не было.
Открыто новое дознание, по воле царя. Поручено оно мне. Я чиновник особых поручений при министре внутренних дел, причисленный к Департаменту полиции. Обращаться ко мне надо «ваше высокородие».
– Слушаюсь!
– Где и при каких обстоятельствах ты познакомился с атаманом по кличке Варивода?
– Под ваш праздник. Как оно? Рождение вашего бога, вот. В «Шато-де-Флер» – правильно сказал? Я очень хорошо говорю по-русски, лучше всех в ауле. Сам аульный старшина со мной советуется!
– Хорошо говоришь, продолжай.
Кто вас свел?
– Мой кунак Альшаксит Бирджиев. Он хаджирет[27].
Пришельцев, не дожидаясь вопросов, пояснил питерцу:
– «Шато-де-Флер» – увеселительное место наподобие «Аквариума». А хаджирета Бирджиева мы третий год не можем поймать. Он прячется в горах, сюда приходит редко.
– Откуда атаман достал карабины? – вдруг рявкнул статский советник. – Из которых вы стреляли в Новороссийске.
– Такие у казаков, ищите там, – ответил черкес, вжав голову в плечи.
– Я нарочно целил мимо и никого не убил, клянусь Аллахом.
– Каждый арестованный говорит, что наводил в сторону. А на итог двое убитых и пятеро раненых. Кто же их тогда подстрелил?
– Атаман! Он очень злой, правда. Мы его боялись, хотя нас, нерусских, было много, а он один. Варивода… как шайтан.
– Расскажи, что именно он готовит в городе? Что за угроза? Поджог или взрыв динамита?
– Атаман хотел сделать пожар. Как тогда, на нефтедобыче.
– Давай очень подробно: что случилось на нефтедобыче, и где именно.
Кайтлесов задумался:
– Э-э… У станицы Ширванской, где именно, не знаю. Перед моим арестом, точный день не помню. Варивода приказал ехать с ним, был и третий, звать Рыжий. Хотя он вовсе не рыжий, светлые волосы у него. Рыжий вез трубу какую-то, приделанную к куску железа. И мешок с седельным чемоданом. Чемодан немного пах нефтью. Но у меня чутье, как у зверя, вот и унюхал. Точно говорю: пахло нефтью, да.
