Как бы, пока я хожу, не ограбили, ха-ха!
– А где, где помещение? – кинулся к плану города Лыков.
– Вот. Красная улица, дом Бейма. Это где львы – помните?
– Какие львы? Ах, те четыре?
– Именно. Здание шикарное, там и без того два банка обосновались: Русско-Азиатский и Волжско-Камский. На первом этаже мануфактурный магазин Шоршоровых и податное присутствие. Табачники сняли три комнаты с угла, второй этаж над магазином.
– Надо поехать туда и осмотреться, – решил Лыков. – Если мы правы и будет налет, это очень опасно.
В таком месте завсегда многолюдно. Варивода народ жалеть не привык.
Лыков с Жуковским отправились на Красную. Чтобы не привлекать внимания (вдруг бандиты тоже ходят, осматривают подступы), они переоделись телеграфистами и загримировались. Но даже в таком виде сыщики не могли успеть все. Внутрь их не пустили – там спешно доделывали ремонт. Удалось осмотреть здание, включая двор с флигелями. Оказалось, что там находятся два банковских склада с табаком. В Екатеринодаре курево было излюбленным залогом, и кредитные учреждения держали собственные склады для его хранения.
Еще полицейские изучили предполагаемые пути отхода налетчиков. У тех не было особого выбора. Красная улица самая оживленная, прийти и уйти можно только дворами: или на поперечные Екатерининскую и Штабную, или на продольную Бурсаковскую. «Телеграфисты» облазили все службы внутри тридцать седьмого квартала, якобы в поисках запившего товарища. И нашли хорошее место для засады в дровяном сарае.
Когда они вернулись, Жуковский с порога объявил:
– Днем нападение невозможно.
Тимошенко даже привстал:
– Ну? Подробнее, Ваня. Обоснуй.
– От Вани слышу. Сам рассуди.
Надзиратель сел, схватил карандаш с бумагой и стал рисовать:
– Помещение удобное для кредита и плохое для налета. Напротив – городская управа, фараон у входа. Банки в доме Бейма тоже имеют собственную охрану…
– Которая тотчас же запрется у себя и на помощь не прибежит, – возразил исправляющий должность начальника.
– Но сразу телефонирует в полицию.
Дальше. На Штабной, в трех шагах, областное правление, там еще один городовой. А по соседству, на Графской, – контора Государственного банка, там отделение солдат с ружьями. И главное, некуда бежать, если напали средь бела дня. Центральные улицы, все на виду. Им бы в Сады шмыгнуть, так до них еще доехать надо. Пока прорываются, мы их перебьем.
Тимошенко упрямо возразил:
– А ты вспомни, как они в Новороссийске поступили? Там тоже была центральная улица.
