— Во-первых, никогда прежде он не получал такого решительного отпора. И даже твоя ссылка в деревню, безотказное прежде средство для укрощения строптивиц, в итоге сыграла против него. Дэниель ведь действительно влюбился в тебя. Рискнул даже пойти против меня. А ты растоптала его чувства, унизив на глазах Рауля. Рауля! Я думаю, ты в курсе, как эта парочка относится друг к другу. Честное слово, Оливия, ты выбрала самое болезненное средство, чтобы уязвить его самолюбие.
— Секундочку! — Я решительно подняла указательный палец, и Артен послушно замолчал.
Хмуро проговорила: — По-моему, вы что-то путаете. Ничьи чувства я не топтала. И никого не унижала.
— О да, конечно! — Артен презрительно фыркнул. — Только приняла предложение Элдена. А Дэниель тогда был уверен, что этот блондин ничего особенного собой не представляет. Так, мелкая сошка, никак не претендующая на роль его соперника.
— Да я вообще не помню, как Элден мне это предложение сделал! — потеряв терпение, взвилась я на месте. — Он… он…
И запнулась, мудро решив не продолжать.
Пожалуй, не стоит Артену знать, что Элден опоил меня каким-то снадобьем, чтобы вызнать происходящее во дворце. Ну а потом, пользуясь моим не совсем вменяемым состоянием, а вернее сказать, совсем невменяемым, вручил помолвочное кольцо. В конце концов, Элден потом извинился и попросил моей руки уже по всем правилам.
В темных глазах Артена запрыгали озорные смешинки, и я вдруг поняла, что он знает об этом случае.
— Куда сильнее Дэниеля задела твоя история с Раулем, — мягко проговорил он.
— Оно и понятно, учитывая некоторые обстоятельства. Так и быть, скажу прямо. Все равно ты знаешь правду, хотя я никак не могу понять, откуда.
— А может, не надо? — жалобно пискнула я, пугаясь, что вот-вот услышу подтверждение своим смелым догадкам.
Ох, как бы мне после этого жизни не лишиться. Недаром говорится, меньше знаешь — крепче спишь. А за такую тайну одну слишком любопытную особу вполне могут и прикопать где-нибудь в королевском саду. Ну, или запереть в самой дальней камере темницы и потерять от нее ключи.
— Рауль мой сын, — спокойно сказал Артен, не обращая внимания на мое жалкое лепетание."
"Я поникла в кресле, понимая, что самое страшное произошло. Сжалась в комок, готовая, что меня сейчас начнут убивать, чтобы кто-нибудь еще не узнал столь страшный секрет.
Артен внезапно самым неподобающим образом хрюкнул. Я бросила на него быстрый взгляд и с немалым удивлением увидела, как мужчина давится от затаенного смеха.
