Скажи еще, что не приторговываешь ничем запрещенным."
"Теодор слегка смутился и опустил глаза. Замолчал угрюмо. Элен решила, что с бедняги на сегодня достаточно, и так многое уже рассказал. Остальное позже.
Ничего криминального в прошлом Тео она не увидела. Нормальный мужик. Обычный. Что попался – так не повезло просто, с кем не бывает.
Зато бытовой магией владеет, готовит, по хозяйству полезный. Агата молодец, что его приручила.
– Так мне чего, уходить теперь? – не вытерпел тяжелого молчания Теодор. – До весны-то можно пересидеть? Сейчас холодно, непогода.
И кур жалко.
– Куда еще ты собрался? – удивилась Элен. – Размечтался. Тут лестницу в башню перебирать надо, освещение наладить, я, что ли, за этим следить буду? Или, может, птенчики?
– Ну это…
– Что “это”? Не дури, Тео, ты тут уже свой. Насчет огорода, кстати: нужно парники поставить будет. И купить холодильную установку. И кухню в порядок привести. Кстати, ты штукатурить умеешь? Нет? Я тебя научу. Вот что, дружок. Мне нужен каталог стройматериалов, сможешь достать?
– Смогу, – растерялся Теодор.
– На почте в деревне выпишу. Ты всерьез, что ли?
– Ну кто-то должен замком заняться. Агатке нужна нормальная комната. Да и я в таком свинарнике жить не намерена. Есть у меня, конечно, одна мысль, но я ее пока думаю. Если выгорит – будет славно.
Глава 5. Материнский инстинкт
Ночевала Элен, как и собиралась, в спальне Агаты. Пришлось все же карабкаться по этой скрипучей лестнице в очередной раз. Но не на полу.
В шкафу неожиданно нашлась обычная раскладная койка. И еще – дюжина ночных рубашек, точных копий той, что были на бедняжке Агате. Элен решила, что они остались от какой-нибудь из прабабушек.
Все в этом доме осталось от прабабушек, кроме, пожалуй, косметических средств. Флаконы в купальне были вполне современными, и на том спасибо.
Агата спала очень тихо, не шелохнувшись даже: умаялась, бедняжка. Элен же полночи проворочалась на койке. Нет, ей было вполне комфортно. В своих путешествиях она спала и на земле, и в палатке, и в гамаке.
Просто она из тех людей, которые несли людям помощь и причиняли добро.
И Агату было по-человечески жалко. У девочки только начала жизнь налаживаться: учеба, работа, возможно, даже парень появился – ну не могла такая хрупкая красота остаться незамеченной! И вот теперь ее снова запихнули в старый грязный замок, и даже в уборную самостоятельно она сходить не могла.
Наверное, Элен родила недостаточно детей.
