Само по себе это мало что значило, интересующий объект мог просто снимать здесь квартиру, спрятав личину под другой фамилией, но проверить все-таки стоило. Бегло пробежав по списку жильцов, он натолкнулся на фамилию Копылев. Инициалы тоже подходящие: Копылев С.Н. Весьма представительная фигура, имеет серьезную службу безопасности. Досадно думать, что каким-то образом он совершил прокол и люди из его службы сели к нему на «хвост». С ними лучше не ссориться: оторвут голову и зароют где-нибудь на пустыре.
Несколько минут Анатолий сидел неподвижно, соображая, что же следует предпринять, а потом профессиональное любопытство взяло верх: он завел двигатель и выехал из гаража.
Еще через четверть часа Власенков подъехал к перекрестку. Нужную машину он нашел быстро: она стояла точно на том же месте, как было показано на мониторе.
Дом был небольшой, рассчитанный на несколько квартир. На каждую квартиру – целый этаж. Дворовая территория небольшая, но ого-роженная высоким каменным забором по всему периметру, по углам которого поблескивали линзы камер наблюдения.
Стены толстые, какие могут быть только на крепостях у тамплиеров. Но только на первый взгляд может показаться, что такой дом неприступный, в действительности в него можно проникнуть с помощью хитрой электронной аппаратуры. Достаточно лишь заблокировать видеокамеры. Судя по расположению комнат, восемнадцатая квартира должна размещаться на третьем этаже, в самом углу. Весьма неудачное место с точки зрения безопасности. В окно можно спуститься с верхнего этажа, кроме того, она хорошо просматривается с чердака соседнего здания, можно даже залезть в квартиру по водосточной трубе, чугунным декором торчавшей на самом углу.
Включив направленный микрофон, он повернул штативную головку в сторону окна. Соединенные трубки хищно глянули в сторону третьего этажа, готовые уловить любой звук. Анатолий Власенков щелкнул тумблером, и тотчас на мониторе вспыхнуло несколько зеленых линий, отражая звуковые колебания.
«– Как самочувствие у Шевцова? – спросил низкий голос, в котором Власенков мгновенно узнал Копылева.
– По-прежнему, – отвечал ему голос с высокой тональностью.
Раздавался он откуда-то из глубины комнаты со значительными помехами: очевидно, в комнате работал телевизор. Звуковые волны, накладываясь друг на друга, создавали дополнительные помехи. Речь становилась глуховатой, но Власенков был уверен, что он принадлежал женщине.
– К нему не пускают?
– Нет. Никто ничего не знает.
