— Слушаюсь, эфенди, — прижав ладонь к сердцу, поклонился одетый во все черное длиннобородый боевик с белыми, яростными глазами.
— Берите оружие и в путь. Аллах с нами!
Пулемет дернулся — и капрал Протасофф увидел, как моджахед вдруг остался без головы, разбитой пулями. Один из пулеметов душманов заглох.
— Ха… Вот вам!
Появился еще один душман, видно было только его бок — а потом и совсем ничего не стало видно. Душман, положив на бруствер ствол, прижимаясь к пулемету, прицелился, прицелился и капрал Протасофф — но выстрелить не успел.
Из головы душмана вдруг вырвалось красное облачко, и душман повалился замертво, увлекая за собой пулемет.
Что за…
— Четыре.
Стреляя, Гульбеддин имел привычку считать вслух, отмечая каждого убитого. Никто не мог точно сказать, сколько жизней отнял Гульбеддин, но это была трехзначная цифра, а может быть, и четырехзначная.
Рядом, лежа с другой стороны валуна, бил сам амир, он бил из автомата, отсекая короткие очереди по два, автомат стрелял размеренно, как швейная машинка.
Редкая пуля не находила цель. Еще выше находилась вторая пара, но она пока молчала — они давно уже бродили вместе по этим горам, и знали, что Гульбеддин может справиться и один, благо на его СВД стоит глушитель и выстрел за шумом боя не слышен совершенно. Ну, а если первая пара не справится — только тогда в действие вступает вторая, которая прикрывает и поддерживает первую. Пулемет, который у них есть, — это козырь, с самого начала его не стоит выкладывать на стол.
— Сэр, вы что-нибудь понимаете?
Коффи вглядывался в бинокль, пытаясь понять, что происходит.
— Наверное, это дружественное племя.
— А что, такие бывают?
— Бывают. Здесь настоящий змеиный гадюшник, все готовы перебить друг друга. Как только мы уйдем — они вцепятся друг другу в глотки."
"Последний из остававшихся в живых душманов вскочил, побежал — и непонятно, кто его убил, то ли морские пехотинцы, то ли зашедшие во фланг боевики из пуштунского племенного ополчения. Под ударами пуль он исполнил целый танец, прежде чем упасть.
— Ты знаешь пушту?
— Несколько слов, сэр. А что?
— Я немного больше. Надо с ними поговорить. Они бы не стали убивать своих просто так, если бы они не имели к этому отношения, — они бы просто обошли место боя.
— Думаете, им что-то от нас нужно?
— Наверное. Надо поговорить с ними в любом случае.
— Может, дождемся вертолетов? Мне было бы спокойнее разговаривать с пуштунами, если бы за спиной у меня висела «кобра».
Уоррент-офицер Коффи передал бинокль.
