Он достал из шкафчика чистое полотенце и начал вытирать вымытую посуду.
— Настя не ребенок, она молодая женщина, скоро получит звание, будет лейтенантом. Пора признать, что она выросла, — негромко сказал он.
— Если она выросла, значит, мы с тобой уже старые, — рассмеялась жена. — А я этого не признаю никогда. Ты понял, любимый муж?
— Понял, — покорно согласился Череменин.
***
Новость о снятии с должности министра внутренних дел Щелокова всех ошарашила. Да, о взаимной неприязни бывшего многолетнего Председателя КГБ, ныне нового генсека, и Щелокова, близкого друга покойного генсека Брежнева, было давно известно, но такого резкого поворота все-таки многие не ожидали.
Новым министром назначили Федорчука, того самого комитетчика, который всего лишь несколько месяцев назад, в мае, сменил Андропова на посту Председателя КГБ, когда Андропова избрали секретарем ЦК КПСС.
Спустя короткое время разнеслась весть еще более неприятная: личный состав ГУВД Москвы выводят за штаты. Это означало, что в ближайшее время никакие назначения не состоятся.
Сначала пересмотрят существующее штатное расписание, потом разработают и утвердят новое, и только потом будут решать, кого на какие должности назначать, кого возвращать на прежнее (или аналогичное) место службы, а кого переводить, зачастую даже с понижением в должности.
— Накрылся медным тазом твой перевод в «убойный» отдел, — сказал Гордееву начальник, даже не пытаясь казаться огорченным.
Сам он выглядел вполне спокойным.
Похоже, уверен, что новая метла выметет кого угодно, только не его самого. Или надеется на хорошие отношения с теми, от кого будет зависеть принятие решений."
"Настроение среди коллег Гордеева царило мрачное и тревожное, да и период перед Новым годом не располагал к веселью: отчеты о работе за год, подведение итогов, показатели… Сплошная суматоха и нервотрепка. Всем хотелось отчитаться с блеском, чтобы как можно лучше выглядеть в глазах тех, кто решает вопросы новых назначений. Сам Виктор ходил злой и расстроенный, дома срывался на жену и сыновей, выпивал с коллегами чаще обычного.
Надежда Андреевна относилась с пониманием, за появление дома «с запахом» не выговаривала, на резкие слова не отвечала, но по ее голосу, лицу, да по всему поведению было заметно, что она держится из последних сил. Гордеев видел это и еще больше злился, злился на самого себя за то, что не получается взять себя в руки и скрывать плохое настроение от домашних.
