Эти аргументы она повторяла уже в третий или четвертый раз, но муж все равно не соглашался с ее доводами.
— Какая решающая информация? Ты о чем вообще?
— Если Аленку и Сережу хотели похитить, к этому должны были готовиться. Им пришлось долго следить за нами и за Смелянскими, чтобы точно установить, когда и где дети остаются без надзора. Им нужно было досконально изучить все расписание родителей. Поэтому они могли следить и за мной, и за тобой, и за Леной и Володей, и за детьми.
Ты должен был изо всех сил стараться вспомнить, где ты бывал в эти дни и кого видел, а ты вместо этого врал милиции и скрывал, что встречался с Валькой. Неужели это непонятно?
Олег устало опустился на стул, сгорбился, обхватил голову руками.
— Таня, Таня… — вздохнул он. — Ты что, всерьез веришь в эти бредни? Да кому нужно похищать Аленку и Сережу?
— Я не знаю кому. Но раз милиционеры спрашивают, значит, им нужно это знать. Им виднее, они профессионалы, они знают, что делают.
Видимо, у них есть основания что-то подозревать.
— Милиционеры? — усмехнулся Олег. — Танюша, нельзя в твоем возрасте быть такой наивной.
— При чем тут…
— При том, что с ними приходил комитетчик. Думаешь, зачем? С каких это пор КГБ интересуется пропавшими подростками?
— Какой комитетчик? — растерялась Татьяна. — С чего ты взял? У нас были только люди из милиции.
— Да? А ты видела их документы?
— Видела. Тот лысый крепыш показывал мне удостоверение, когда в первый раз приходил, в субботу еще.
Второй тоже представился, он из ОБХСС, они проверяют, не захотел ли кто-то свести счеты с Ленкой из-за ее деятельности в торговле.
— А тот, который все время молчал и стоял в сторонке? Это типичная манера комитетчиков, которые не хотят светиться. Он не ради Аленки явился к нам. Ему нужен был я, чтобы через меня достать Валю и всех тех, кто с ним связан. Теперь ты понимаешь, что натворила?
— Ничего я не натворила! — взвилась Татьяна.
— У меня дочь пропала! У нас с тобой! И если есть хоть что-нибудь, хоть малая крупица того, что может помочь ее скорее найти, я добуду эту крупицу, даже если потом пересажают всех твоих друзей! Мне плевать на Вальку с его диссидентскими статейками, у меня дочь…"
"Она задохнулась от собственного крика и в отчаянии схватилась руками за горло. Олег встал, шагнул к ней, обнял и крепко прижал к себе.
