Словно это уже было когда-то. Давно. Может быть, даже в прошлой жизни. Но, казалось, я хорошо знаю этого мужчину. И, более того, могу ему доверять.
Я больше не кричала. Лишь молча наблюдала за ним. Когда он подошёл совсем близко, протянула руку и коснулась его ладони. Сильные мужские пальцы тут же обхватили мою кисть.
– Давай, – произнёс Джон сиплым шёпотом. – Я держу тебя.
Я оперлась на его руку и с протяжным стоном опустилась в ванну.
– Вода ледяная, – пожаловалась ему.
– Тебе кажется, – возразил этот изувер, – она комнатной температуры.
Просто у тебя жар.
Но жар схлынул буквально через пару минут, зато теперь меня бил озноб. Зубы так звонко и виртуозно выбивали барабанную дробь, что меня сейчас с руками оторвал бы любой оркестр.
– Всё, вылезай, – велел мой мучитель и протянул полотенце. – Не вытирай спину, просто промокни. – поучал он, по-прежнему не глядя на меня.
Ну разумеется, я не собиралась растираться. Любое прикосновение к коже было адски болезненным. Но мне всё равно пришлось обмотаться полотенцем, потому что голой рядом с этим властным боссом я чувствовала себя совершенно беззащитной.
– А теперь – ложись в постель, – последовал следующий приказ.
19
Как же мне плохо.
Всё вокруг кружилось и вертелось. Даже не уверена, что сумею выжить в этом водовороте. Качка, которую поначалу я практически не воспринимала, стала настолько осязаемой, что ощущалась почти живым существом. Врагом, желающим мне зла. Вставшим на пути к моей цели – добраться до кровати.
Сейчас она казалась почти недосягаемой."
"Одной рукой я придерживала полотенце на груди, а другой – сама держалась за стену. Только бы не упасть. Если я грохнусь на пол в некрасивой позе, полотенце распахнётся, и мой работодатель увидит всё, что принято скрывать от посторонних глаз. Тем более муских.
От его помощи я с возмущением отказалась и теперь пожинала плоды своей гордыни.
Только бы дойти.
Даже смешно. Тут всего шагов десять. Может, пятнадцать. Но сейчас я была такой слабой и беспомощной, что каждый сделанный шаг являлся подвигом, победой моей силы воли над бренным телом.
Наконец повалилась на кровать. Полотенце на спине натянулось, и я взвыла от боли.
– Снимай его, – велел Джон.
А мне захотелось стать маленькой-маленькой, свернуться калачиком в какой-нибудь скрытой от посторонних глаз пещере и издохнуть там. От стыда за свою глупость, которая привела к таким последствиям. От унизительной ситуации, в которой я оказалась.
