Проблема в эмболии легочной артерии.
– Все? Андоры знают? – Я прищурилась и посмотрела на Иштвана. – Что он все равно умрет?
– Зато не от рака.
Я стиснула зубы. Ненависть и отвращение, которые я испытывала к Иштвану, практически душили меня. Лейтенант Андор был засранцем. Хоть я и не любила этого человека, то, что делал Маркос, было за гранью жестокости. Он подарил семье надежду – спас жизнь сына. Вот только они все равно его потеряют и в результате останутся с одними бесконечными долгами и вынужденной преданностью.
"
"– Вот почему ты представляешь интерес. – Иштван изучал меня, как мелкое насекомое. – Мне следовало прислушаться к результатам тестов доктора Карла, когда ты вернулась от повелителя фейри. Но я все понял только сейчас, особенно после того, что ты сделала в Верхазе. Как ни странно, но мне прям хочется поблагодарить лидера фейри за такой подарок мне. Ты можешь оказаться настоящим чудом.
– Рада, что мы, наконец, закончили с этим фарсом.
Ты знал, что я была с Киллианом задолго до того, как вернулась в штаб-квартиру вооруженных сил людей. Ты шпионил за мной. Пытался пере-играть. Ты даже смерть мою спланировал, свалив все на фейри, чтобы манипулировать Кейденом.
– О, ты-таки призналась, что была в моем кабинете тем вечером. Подслушивала. Обворовала меня.
Я не ответила. Потому что он не спрашивал.
– Что ж, повезло, что я не убил тебя тогда, ведь ты стала куда полезнее. – Он приподнял бровь. – А то, что увидел в Верхазе… Не знаю, почему ты такая особенная.
Почему таблетки подействовали только на тебя. Почему ты живешь и процветаешь. Владеешь магией. – Он наклонил голову. – Я чувствую, что ты должна была выжить, попасть сюда, чтобы я смог достичь своей цели – спасти род человеческий.
– Ну конечно. – Я сухо усмехнулась. – Дело всегда в тебе. Это ты у нас царь, Господь Бог, а не самовлюбленный психопат.
Иштван резко закрыл рот, и на скулах заиграли желваки. Гул машин и крики боли звучали отдаленно, пока мы с Иштваном смотрели друг на друга.
Он сделал шаг вперед, приблизившись ко мне, и в его льдисто-голубых глазах полыхнул гнев.
– Следи за языком. Я был очень снисходителен к тебе на протяжении многих лет. Относился как к члену своей семьи, и гораздо лучше, чем ты того заслуживаешь, учитывая, что сделали твой отец и Андрис.
Волна ярости и горя обожгла меня, когда я вспомнила, что случилось с Андрисом.
