Но эти парни собирают взносы в размере сотен и сотен тысяч долларов. Возможно, миллионов. И закон гласит, что ты можешь оставить их себе, если не потратишь. На разные расходы. Иными словами, они заранее получают взятки. Юридические фирмы и нефтяные магнаты готовы платить сейчас, рассчитывая на будущую помощь. Избираясь на должность судьи в Техасе, можно реально разбогатеть. И если тебя выберут и ты будешь правильно вести себя в течение всего срока, то выйдешь в отставку партнером одной из крупных юридических фирм и членом совета директоров полудюжины крупных компаний.
То есть речь идет не только о том, чтобы стать судьей. Выбирают принца. Можно сразу превратиться в особу королевской крови.
– Но изменит ли что-нибудь Уокер? – снова спросил Ричер.
– Изменит, если захочет. Тут все предельно просто. А сейчас он может многое изменить для Кармен Грир. Именно о ней мы должны думать.
Ричер кивнул. Элис притормозила, собираясь сворачивать. Они выехали из города, вокруг расстилались открытые пространства.
«Мы находимся где-то неподалеку от ранчо Бревера», – сообразил Ричер, хотя и не узнавал характерные детали ландшафта. Все вокруг казалось таким высохшим от жары, что растительность могла загореться в любой момент.
– А вас не тревожит, что Кармен нагромоздила столько лжи? – спросила Элис.
Он пожал плечами.
– И да, и нет. Никому не нравится, когда ему лгут. Но попробуем взглянуть на происходящее с ее точки зрения. Она пришла к выводу, что ей нужно избавиться от мужа.
И двинулась в выбранном направлении.
– Значит, у нее был умысел?
– Могу я сказать вам все как есть?
– Я на ее стороне.
– Да, она все спланировала. Она призналась мне, что приглядывалась чуть ли не к сотне разных мужчин, а с дюжиной даже вела переговоры, прежде чем выбрала меня.
– На самом деле мне даже стало немного легче – вы ведь меня понимаете? Это доказывает, как ей было плохо. Трудно себе представить, чтобы кто-то пошел на такое, если бы у него оставался хоть какой-то выбор.
– У меня возникли такие же чувства, – ответил Ричер."
"Элис притормозила еще раз и свернула на проселочную дорогу. Вскоре они въехали в жалкое подобие ворот. Прямоугольная рама на гвоздях, слегка покосившаяся влево. На поперечной доске написано имя. Впрочем, солнце успело сделать надпись совершенно нечитаемой. Далее шло несколько акров обработанной земли. Вдоль темных полос пашни была проложена самодельная система орошения.
