Передайте мистеру Бреверу, что я работаю в банке Сан-Антонио и мы только что обнаружили акции на имя его деда стоимостью в один миллион долларов.
– Он будет доволен, – сказала служанка.
Она сразу же скрылась внутри дома, но Ричер последовал за ней и успел заметить, как она поднимается по широкой лестнице. Она двигалась легко, слегка придерживаясь одной рукой за перила. Вестибюль был размером с баскетбольную площадку, здесь царили тишина и прохлада. Золотистые дубовые панели, служившие отделкой стен, были отполированы руками горничных многих поколений.
Высокие напольные часы тихонько тикали, отмеряя секунды. Неподалеку стояло старинное канапе – обычно на таких позируют светские женщины для дорогих портретов. Интересно, подумал Ричер, выдержит ли канапе нагрузку, если он на него сядет. Он нажал ладонью на бархатную обивку и почувствовал, как поддается под его рукой конский волос. В этот момент на лестнице появилась служанка и стала неспешно спускаться вниз, все так же скользя рукой по перилам.
– Он примет вас прямо сейчас, – сказала она.
– Он на балконе, в задней части дома.
На втором этаже имелся точно такой же вестибюль. Двустворчатые двери вели на балкон, который шел по всей длине дома и выходил на огромный луг. Балкон был крытым, на потолке лениво крутились лопасти вентиляторов. На балконе стояла тяжелая плетеная мебель, выкрашенная в белый цвет. В кресле за маленьким столиком сидел мужчина. На столе стояли кувшин и стакан, наполненный какой-то жидкостью, похожей на лимонад, но там могло быть все, что угодно.
Мужчине с бычьей шеей было около шестидесяти лет. Черты лица успели расплыться, но лет двадцать назад этот человек мог произвести впечатление. Его лицо покраснело от долгих часов, проведенных на солнце, грива седых волос спадала на плечи. Бревер одевался во все белое. Белые брюки, белая рубашка, белые туфли. Казалось, он собрался играть в крикет в модном загородном клубе."
"– Мистер Хейс? – спросил он.
Ричер подошел к нему и сел, не дожидаясь приглашения.
– У вас есть дети? – спросил он.
– Три сына, – ответил Бревер.
– Кто-нибудь из них дома?
– Нет, они все работают.
– Ваша жена?
– Уехала погостить в Хьюстон.
– Значит, вы остались вдвоем со служанкой?
– А почему вы спрашиваете?
Бревер явно испытывал нетерпение, но вел себя вежливо, как и подобает человеку в разговоре с тем, кто намерен передать вам миллион долларов.
– Я банкир, – сказал Ричер. – Я должен задавать такие вопросы.
– Расскажите мне про пакет акций, – сказал Бревер.
