Внезапно впереди мелькнуло что-то неразличимое, мгновенно растворившись в океане бури. Лошадь испуганно заржала, взбрыкнула и резко рванула вбок. Мужчина не удержался и свалился с саней. Когда он поднялся на ноги, кобыла уже скрылась между деревьями.
Положение было серьезное: лошадь могли испугать волки, коих в этих местах было предостаточно, а ружье осталось в повозке. При себе у Аникеева были только охотничий нож да спички. Как до дома, так и до Новой Алексеевки было примерно километров десять, а ветер и мороз крепчали.
За ночь намело толстый слой снега, и бывший участковый с трудом шел вперед, оставляя глубокие следы. Он решил вернуться домой и, чтобы сократить путь, побрел через лес. Здесь было намного тише, небольшой ветер лениво раскачивал верхушки огромных разлапистых елей, накинувших плотные белые шали.
Внезапно левая ступня Андрея Андреевича куда-то провалилась, твердая почва ушла из-под ног, и вот уже сам он полетел в бездну. Вслед за ним полетели ветки и снег. Оправившись от потрясения, он понял, что попал в ловушку – какой-то охотник приготовил на лосиной тропе западню для крупного зверя.
Аникеев пошевелил руками и ногами – вроде ничего не сломал. Спасли тулуп да толстые ватные штаны. На дне ловушки был врыт острый деревянный кол. По счастливой случайности он вырвал лишь кусок из полушубка.
Мужчина сел на корточки и стал обдумывать сложившуюся ситуацию. Яма была конусообразной, и даже медведь, не попади он на кол, с его невероятной силой и ловкостью, не смог бы из нее выбраться.
Пробовать вырыть кинжалом ступеньки – затея бесполезная из-за формы ловушки и собственного веса. Сучья, которые упали на дно, также не подходили для изготовления лестницы. Тот, кто устроил эту западню, может проверить ее через неделю, а может, и позже. Тем более в лесу встречались и заброшенные ловушки. Сколько времени он сможет противостоять морозу и голоду? Немного. Чтобы согреться, Аникеев начал подпрыгивать на месте, между делом пытаясь вытащить кол. На потемневшей древесине отчетливо были видны характерные кровяные потеки.
Значит, яма уже принимала кого-то в свои смертельные объятия. Мороз крепчал, хотя в яме он чувствовался не так, как наверху. Поразмыслив, бывший участковый собрал разбросанные по дну ловушки сучья и разжег костер.
Спустились вечерние сумерки, снег прекратился, и высоко над головой пленника замерцали далекие звезды. Было тихо, как в могиле или на дне океана. Догорающий костер светился малиновыми углями и бросался длинными искрами.
