Последним был патологоанатом."
"– Быстрее! – вопил Максим, помогая споткнувшейся Ангелине – в этой суматохе ей приходилось труднее всего. В то же время казалось странным, что вылезшая из подземелья тварь особенно никуда не спешила и лишь с нескрываемым интересом наблюдала за паническим бегством людей. Однако когда металлическая дверь стала опускаться, монстр тревожно завертел своей уродливой головой.
– Быстрее, – умоляюще шептала Женя, видя, как медленно движется дверь. Чудовище встряхнулось, словно сбрасывая с себя остатки долгого сна, и вдруг сделало огромный скачок.
– Бегите дальше! – приказал участковый молодежи, перезаряжая пистолет. Он ждал брата, тот упал, подвернув ногу, и теперь полз к двери, пытаясь успеть протиснуться в щель, которая уменьшалась с каждой секундой.
Андрей протянул ему руки и уже схватил его за кисти, как тварь оказалась совсем рядом. Аникеев-старший уже наполовину был снаружи, когда дверь прижала его к полу.
– Бор! – кричал бывший участковый, тщетно пытаясь втащить брата.
– Бор, помоги!!
Но этнограф даже не пошевелился. Прислонившись к стене, он машинально щупал свое окровавленное лицо, не переставая что-то бормотать. До слуха Аникеева-младшего доносились слова «легенда» и «идол».
– Андрей… – прошептал Борис. Лицо его побагровело и стало похожим на старую свеклу. – Андрей, он грызет мои ноги…
– Бор! – прорычал Аникеев-младший.
Борис стал смеяться. Его тело начало резко дергаться, будто он пытался изобразить половой акт, за дверью слышалось жадное урчанье и хрустящие звуки.
– ОН МЕНЯ ЕСТ! – дико хохотал бывший патологоанатом, брызгая слюной. Он снова дернулся, и одна рука выскользнула из пальцев брата. Дверь продолжала нудно гудеть, будто выражая неудовольствие тем, что на ее пути возникло препятствие.
Лихорадочный взгляд майора в отставке упал на прислоненный к стенке топор. Он его самолично принес сюда из бани после той инсценировки с трупом директора.
– Извини, братишка, – шепнул он и, выпустив вторую руку брата, кинулся к топору.
Крепко обхватив его, он вздохнул и точным ударом перерубил ногу брату чуть выше колена. Аникеев-старший взвыл, его тело выгнулось дугой.
– Еще… раз… – пробормотал Андрей и двумя мощными ударами отрубил вторую ногу. Обрубки исчезли в операционной, и дверь опустилась. Теперь с другой стороны было слышно только шумное чавканье.
– Сука, – выдохнул Аникеев-младший, бросив испепеляющий взгляд на Арбузова.
