Дьяволица быстро сунула её брату.
— Ну… надеюсь, ты знаешь как обольщать женщин без твоего коронного «я будущий правитель ада», потому что, думаю, наследнице Сифа на это глубоко плевать. — шепча эти слова, Октавия оценила внешний вид мужчины и стряхнула что-то с его плеч.
— По большей части, она все еще просто смертная. — без большого энтузиазма отвечал Райнхард.
— Райни, милый… — она сделала паузу, поджимая губы, — пожалуйста, прежде чем делать всё это, расскажи ей о своем плане, ладно? Если я узнаю, что ты не дашь этой девушке права выбора, я вечность не буду с тобой разговаривать.
— Конечно. — дьявол с иронией усмехнулся. — Спасибо за помощь.
Не дождавшись ответа, Райнхард тут же исчез. В отличие от сестры, он делал это мгновенно и без лишних спецэффектов. Оставшись наедине с собой, дьяволица нахмурилась, недовольно мотая головой.
— Мужчины…
Глава 21. Я научу тебя танцевать
Райнхард стоял возле двери в спальню Евы. В руках он держал шкатулку тишины, с крышки которой на него смотрели глаза женщины, призывающей жестом молчать.
Он так долго и внимательно рассматривал её, что в какой-то момент дьяволу показалось, что взгляд рогатой безжизненной незнакомки выглядит осуждающе. И под каким бы углом Шац не поворачивал артефакт, этот осуждающий взгляд всегда был уставлен именно на него.
Дом семьи Мерриман потемнел и затих. Все гости с поминальной службы разошлись. По пути наверх Райнхард встретил Ребекку, которая выглядела чем-то обеспокоенной. Служанка сообщила, что хозяева поехали в загородный дом, где скончалась Алекса, чтобы собрать вещи ушедшей.
Сказала, что решение это было принято ими спонтанно и вернутся они поздно. Ева же решила не ехать с ними, они вместе с Мари остались дома.
Дьявол хотел войти в спальню, как только дошел до двери, однако отчего-то остановился. Внутри отчетливо слышались девичьи голоса, а главное — раздавался смех Евы. Тихий, еще окрашенный печалью, но всё же он заставил мужчину замереть и улыбнуться кончиками губ.
Вопреки своему желанию, Шац остался под дверью, почти нагло слушая, о чем говорят девушки. Он прислонился спиной к стене рядом и стал выжидать. Чего — сам не знал. Какой-то важной информации из разговора? Или момента, когда Мари решит отправиться домой? Ни того, ни другого не происходило. Подруги болтали почти ни о чем, Мари не спешила уходить, а тем временем женщина со шкатулки преследовала Райнхарда надуманным осуждающим взглядом. Всё смотрела и смотрела.
