Похоже, этот алгоритм теперь командует не только информационными потоками, но и законами их передачи.
– Посмотри лучше, на чем ты сидишь!
Лаврентий оторвался от экрана монитора, глянул под ноги, и глаза его расширились.
– Черт побери!
– Вот именно! Выключай, пока в эту дыру не провалился весь дом!
– Да погоди ты, не провалится. Это всего лишь видимость дыры…
Лаврик встал, опираясь ногами на невидимый квадрат пола, но вдруг неловко взмахнул руками и провалился. Вскрикнул, хватаясь за подлокотник кресла.
С трудом удержался в воздухе, повиснув на одной руке. Пальцы его побелели, но сил удержать тело на весу не хватало, и рука постепенно сползала, чтобы сорваться с ручки и…
Кирилл прыгнул.
Одной рукой он вцепился в дырчато-ажурный, полый с виду «корень» кресла, а второй ухватил Киндинова за воротник рубашки. Ударился телом о «корень». Сжал зубы от боли в локте и в ладони, в которую врезался край дыры «корня», едва не выпустил еще раз вскрикнувшего в испуге компьютерщика.
Рубашка Лаврика затрещала.
– Хватайся!
Лаврентий нащупал руками и ногами отверстия в «корне», приник к нему всем телом.
– Честное слово, я не думал, что это взаправду!
– Легко жить не думая, – хладнокровно отозвался Кирилл, глядя в бездну, в невероятной глубине которой зажглись искорки света, складываясь в удивительной красоты сетчатую вуаль. – Вылезай потихоньку наверх, в кресло, я подстрахую.
Лаврик вдруг засмеялся.
– Ты чего? – встревожился Кирилл.
– Видел бы нас директор…
Кирилл невольно улыбнулся.
– Да уж, инфаркт генералу был бы обеспечен. Кстати, если сейчас вернется Лиля и начнет нас искать… Сможешь подняться в кресло самостоятельно?
– Обижаешь, полковник, – храбро отозвался Киндинов. – Я хоть и не гимнаст, но раз пять подтянуться на турнике смогу. – Глаза его загорелись. – А что, если нам спуститься пониже и посмотреть, что там, внизу?
Кирилл, начавший было подниматься вверх, остановился.
– У тебя что, крыша поехала?!
– Очень давно, – пошутил Лаврик.
– Еще когда я учился.
– Это заметно.
– Нет, но интересно же… Когда я сидел в кресле, внизу была просто темнота, а теперь я вижу звезды…
Кирилл пригляделся к мерцающей в черной бездне вуали.
– Я вижу только светящуюся паутину.
– Спустись ко мне. Не бойся, раз не свалились сразу, то уже не упадем.
Кирилл усмехнулся в ответ на слова «не бойся», помедлил и сполз ниже, цепляясь за отверстия в «корне» кресла.
